- А теперь объясни, какого демона ты полез в словесный понос с этим?! - накинулся на приятеля Винс. - Разве этот тип был похож на крестьянина?
- Нет.
- А на простака?
- Не очень, - помотал головой Леон. Отчего длинная шея заболталась, напоминая потревоженный студень.
- Тогда какого дьявола? - вновь вспылил Винс. - Рехнулся? Жизнь не дорога?
- Да я же, не подумав, - начал оправдываться Гусак. - Он первый налетел. Вот я и ляпнул. Кто же знал, кем окажется этот субчик?
- Не думал! - проворчал Винс. - Не будь тот парень занятым, след нас двоих навеки простыл. Были и исчезли. А все из-за пустозвона одного недомерка!
- Да извинился уже я! - рявкнул Гусак. - Что произошло, того не изменить. Лучше забудем об этом недоразумении. И это. Пошли. Нечего здесь ошиваться. У нас еще дела.
- И вот так всегда, - проворчал Винс, поднимаясь вслед за товарищем.
Изменить Гусака в силах только разве что могила.
Следующие полчаса мужчины шли молча. Винс все еще злился на выходку приятеля. А Леон не хотел лишний раз злить товарища. Особенно, когда он нуждался в его таланте.
Постепенно Винс стал оттаивать. В числе пороков молодого вора злопамятность не числилась. Винс вообще отличался тем, что часто подавался эмоциям. Возможно, именно поэтому в гильдии у парня находились недоброжелатели. Вора легко было зависти, но уже через считанные минуты он напрочь забывал об обидах. Чего нельзя было сказать о других. Хотя больше всего злило собратьев по ремеслу в Винсе его необычайный жизнерадостный дух. Вор практически никогда не унывал, чем раздражал всех окружающих.
Однако стоило ему встретиться с Леоном и Винса будто подменяли. Весельчак мгновенно исчезал. А вместо него появлялся пессимист и убежденный циник.
Маршрут мужчин пролегал мимо Арены.
Огромное круглое здание с мощными стенами и пестрыми штандартами и флагами являлось любимым местом развлечения у всей без исключения публики Имперского города. На Арене каждую пятницу проходили бои. Обычно в дни состязаний квартал заполнялся так плотно, что трудно было передвигаться и даже дышать. Но до пятницы приходилось еще два дня, и поэтому территория вокруг Арены почти пустовала. За исключением стражи и участников боев. Некоторые из них проводили свои тренировки прямо на воздухе. В отведенных специально для этого участках, похожих на загоны для скота.
Кто-то тренировался поодиночке. Упражнялись в стрельбе, боролись на мечах и топорах с придуманным противником. Большинство борцов Арены облачились в специальные доспехи. И это несмотря на стоящую жару. Но кроме одиночных тренировок борцы проводили между собой и небольшие спарринги. Сражение с оружием и в рукопашную, один против одного и группа на группу. Тренируются без сна и отдыха. И все для чего? Чтобы порадовать толпу, заработать немного деньжат и попытаться осуществить заветную мечту стать Великим Чемпионом Арены.
Однако сам Винс глядел на происходящее без особого восторга. На Арене парню удалось побывать всего раз. И впечатления оказались не на высоте. Кровь, страдания бойцов и рев взбесившейся толпы, требующей зрелищ и как можно больше крови. Мерзость. Сам Винс кровь не любил, едва перенося ее на дух. А уж при виде залитой кровью арены вору становилось дурно.
Другое дело его спутник. На сражения бойцов Леон глядел с разинутым ртом. Стараясь не пропустить ни одного движения. Ловя глазами каждый удар, взмах. За последние годы Гусак не пропустил ни одного сражения. И сейчас не удержался, что бы поделиться с товарищем своей радостью.
- В пятницу состоится бой на звание Мирмидонца! - с горящими глазами и сбивающимся дыханием поведал он. - Конечно, до боя на звание Чемпиона это не сравнится. А уж ежегодным поединком с Великим Чемпионом Арены и подавно. Но тем ни менее бой обещает быть жарким. Ты только себе представь. Желтая команда выставляет от себя парня, служившего раньше Клинком1. Такой любого в фарш превратит. Клинки парни суровые, с ними даже гвардейцы не желают связываться. Чего говорить подготовка у них тоже суровая. Но так просто команды синих не сдастся. Ты даже представить себе не можешь, кто выступит от них.
Разумеется, Винс не мог себе представить. Даже не пытался и вовсе не горел желанием продолжать слушать нудный треп о том кто лучше. Чья техника эффективней, какое оружие следует выбирать, какие стойки имеются в фехтовании и наконец, запоминать всю иерархию бойцов Арены. Но спорить, а тем более возражать Гусаку не имело смысла. Если Леон чем-нибудь увлеченно рассказывал, то обязательно доводил до конца. Поэтому вместо того чтобы спорить, Винс просто изредка кивал, делая вид, что продолжает слушать приятеля.
- Я же говорил, что тебе не удастся угадать! - воскликнул победно Гусак. - И понятно почему. Никто не ожидал увидеть среди Кровопускателей1 данэра. Представь себе только: темный эльф с необузданной яростью и силой и хладнокровный выносливый имперец, закаленный в многочисленных боях! Кто их них одержит вверх над противником? Никто не знает. А ставки просто зашкаливают. Кстати, может поставить десяток золотых на данэра? - предложил вовсе не случайно Леон.
Ожидавший такого поворота событий, Винс категорично помотал головой.
- Ты прав, - согласился Гусак. - Лучше поставлю на Клинка. Эти парни справятся с кем угодно. Куда какому-то вшивому "темному" до солдата Империи.
- И думать забудь. - Пригрозил строго Винс. - Пошли. Надо скорей отсюда выбираться пока тебе не снесло голову окончательно.
Схватив приятеля, Винс буквально силой поволок сопротивляющегося парня прочь от Арены. Гусак скулил, канючил и сквернословил, но ничего не мог поделать. Винс угрожающе щекотал бок Леона острым лезвием ножа.
Холодная сталь приводила в чувства лучшего всего.
Еще долго Леон недовольно косился на товарища, никак не желая простить такого с ним обращения. Ноздри Гусака раздувались, грудь вздымалась, а маленькие глаза суетливо бегали. Однако постепенно Гусак стал приходить в чувства. Арена осталась позади. И что-либо менять было уже поздно.
К тому же этому способствовала отрезвляющая прохлада Имперского дендрария. Этот закуток, ставший обителью для всевозможных разновидностей цветов, кустов и деревьев оставался единственным местом, где люди всегда могли ощущать спокойствие и умиротворенность.
Конечно, в дендрарий стоящие всегда на страже блюстители порядка пропускали не каждого. Но как могут остановить воров, проникавших в дома магов и богатеев, так пекущихся от собственной безопасности, какие-то там стражи?
Поэтому устроившись в тени могучих деревьев, скрывающих в кронах пронзительный свет раскаленного солнца, мужчины могли спокойно поговорить.
- И почему среди прочих нормальных мест тебе потребовалось выбрать именно дендрарий? - насупился Гусак. Парень не мог успокоиться, буквально чувствую на себе взгляд каменных изваяний.
Высокие в три человеческих роста статуи размещались по всему дендрарию. Сколько именно скульптур никто посчитать не удосужился. Но судя по виднеющимся из-за живых преград фигур, здесь собралось минимум половина тех, о ком упоминала история Империи.
Герои их страны: легендарные воины и полководцы, императоры, послы, великие маги прошлого и многие другие, кем продолжали гордиться и какого помнили, несмотря на минувшие столетия. Те, кто когда-то творил историю нынешней Империи нашли окончательный приют в Имперском дендрарии.
Винса скульптуры напротив, успокаивали. Предавали что ли уверенности и некой защищенности. Почему? Вор сказать не мог. Потому что не знал сам.
- И где, по-твоему, лучшее место для подобных бесед? - поинтересовался у Гусака парень.
- Где-где. Да хотя бы в любом трактире! - нашелся Леон. - Там тебя никто не потревожит. И спорю глаз куда меньше, чем здесь.
- Статуи из камня, - напомнил спутнику Винс.
- А спину жгут, как настоящие, - не согласился с ним Гусак. - Может, все-таки пойдем отсюда? А? Лучше двинем к "Хмельному звездочету"? Там подают чудесное пиво. А еще пироги с мясом и грибами.
- Рехнулся? - хмыкнул Винс.