Рокко скатывается с кровати и изящно подходит. Он ниже меня несмотря на небольшие каблуки на его замшевых туфлях.
─ Просто не обращай на него внимания, ему нравится по ходу сочинять истории, ─ объясняет он, протягивая мне бокал с бренди.
Я киваю и подношу его к губам. Рокко чокается своим бокалом об мой бокал и говорит.
─ Пей с краю, милочка, не отворачивайся.
В следующий раз, когда я просыпаюсь, воздух хорошенько прогрет прямыми лучами послеобеденного солнца. Слишком светло для раннего утра. Я догадываюсь, что уже послеобеденное время. Перекатываюсь на толстом ковре и ударяюсь головой об чемодан. Мне больно открыть глаза, а внутри мозгов на бешеной скорости кругами проносятся горящие шары.
─ Помогите! ─ пищу я и пробую себя поднять.
Дверь гостиничного номера распахивается и Рокко, танцуя, проходит в комнату с богатым завтраком на подносе. Медленно слои тумана отпускают мой мозг и я вспоминаю дискотеку, грязные танцы, обтирания с Томми на танц поле и нюханье кокса в туалете с зеркальца моей компактной пудры. Тако, затем накачка барбитуратами, затем тряска, рвота и последующее падание в кровать между моими новыми лучшими друзьями, которые являются любовниками.
Улыбающаяся голова Томми появляется со стороны кровати, смотрит вниз на меня, а его каштановые локоны изящно обрамляют контуры его лица.
─ Непослушная девочка, которая претворялась, что не любит вечеринки. Хотя кто на самом деле любит в-е-ч-е-р-и-н-к-и! ─ затем он произносит звук похожий на боевой клич и спрыгивает с постели.
─ О, черт, ─ говорю я, прикрывая лицо руками. ─ Мне нужно добраться до отделения Western Union. Пожалуйста, скажите мне, что еще не полдень.
─ Чтобы разыскать Мози, твою настоящую любовь. Художника. Ты рассказала нам всю историю. Конечно же, ты успеваешь, ты лишь миллион раз сказала, что должна проснуться пораньше.
Томми ликует и, судя по тому, как пляшут его глаза, и работает челюсть, он возможно уже принял немного кокса вместе со своим апельсиновым соком.
─ Прости милочка, ─ говорит Рокко без эмоций. Уже четверть четвертого.
─ Черт! ─ говорю я, вставая и затем хватаясь за голову, потому что меня шатает. ─ Ох, мне сейчас станет плохо. Почему я покрыта блеском?
─ Нет, не станет! ─ говорит Томми, протягивая мне дайджест читателе, в середине которого дорожка кокаина. Я закрываю глаза и слабо вдыхаю. Клянусь, я чувствую, как это бьет по моему мозгу. Гоночные машинки с визгом останавливаются, а затем, отдаляясь, мчатся по моим венам.
─ Лучше, да? ─ говорит Томми, кивая, как детский олень с огромными глазами. Затем он закидывает голову назад и смеется, а я смотрю на Рокко, чтобы он подтвердил, что я не сошла с ума.
─ Просто маленький секрет. Чтобы предотвратить тошноту. Хочешь апельсинового сока? Он свежо выжатый.
Шатаясь, я иду к двери.
─ Я в душ. Увидимся позже ребята. Э-э, спасибо за компанию.
Я снова принимаю душ, стоя под сильным напором и пытаюсь вспомнить шаги, которые привели меня к прошлой ночи. Падение это совсем немного, а затем полный поворот вашей жизни на сто восемьдесят градусов. Я видела, как это происходит снова и снова с таким огромным количеством подростков вступивших на путь преступления. С каких это пор я принимаю наркотики и хожу танцевать в гей-клуб с незнакомцами? Я прикрываю рот, пытаясь сделать так, чтобы ни одна капля воды не скользнула мимо, даже несмотря на то, что хочу пить как никогда в своей жизни. Я не собираюсь пить воду из душа. Не хочу, чтобы все кончилось дизентерией в больнице Тихуаны.
Полчаса спустя, я вернулась в ресторан, но на этот раз лишь за чашкой кофе и молочным шоколадом, пытаясь успокоить черную дыру, также известную, как мой желудок. После быстрого разговора с Рэми, оказалось, что деньги по-прежнему в офисе их компании. Я связалась с Лексом и, конечно же, он ничего не слышала со своей стороны. Я попросила Лекса прислать фото Мози, если она есть у него. Несколькими минутами позже, Лекс присылает мне фото Мози с его малышом. Скорее всего, оно снято сразу после его рождения, потому что на Мози специальный медицинский костюм, который одевают доктора и медсестры при операции. Он выглядит таким счастливым, пока прижимает к груди этот маленький комочек. Он прекрасен даже в профиль, его характерная челюсть и прямой нос, а также изгиб его полной нижней губы. Я хочу проскользнуть внутрь фотографии и прикоснуться к его щеке.
Но я достаточно быстро лопаю этот пузырь, когда осознаю, что он если увидит меня в данный момент, возможно, подумает, что я какая-то ненормальная наркозависимая преследовательница.