Рокко кладет свою руку мне на плечо и притягивает меня в свои мокрые объятия.
─ Но это кажется правильным, а иначе ты не была бы здесь и не искала бы его.
─ Правительство платило мне, чтобы я пыталась помочь ему, а не за попытку трахнуть его. Меня никогда не отталкивали те действия, по причине которых он попал в неприятности. Несмотря ни на что я восхищалась его упорством. Я ужасный работник и я ужасный человек.
Томми открывает свой журнал и достает упаковку маленьких желтеньких таблеток. Он берет несколько в свою ладонь и затем закидывает их в рот с небольшим количеством коктейля цвета спелой вишни.
─ Что это? Ты жуешь их?
─ Скитлс, ─ говорит он, выдавливая две штучки мне в руку. ─ Они заставят тебя почувствовать себя лучше.
─ Я раньше пробовала Скитлс. Это не Скитлс, ─ говорю я, разжевывая таблетки, до мелкой крошки, которая растворятся на моем языке. Я ложусь на спину на цементное покрытие и закрываю глаза от солнца.
─ У этого парня, что нет телефона? Он что монах?
Я резко сажусь и у меня кружится голова. Несколько секунд мне кажется, что я упаду лицом вниз в бассейн.
─ Раньше он говорил по Скайпу с моим братом! Но это было сто лет назад, ─ добавляю я.
─ Никто никогда не меняет адрес в Скайпе. По крайней мере, ты должна хотя бы попробовать.
─ Я много раз менял свой адрес, ─ говорит Томми, поднимаясь и неторопливо направляясь обратно к своему зонтику.
Два часа спустя, я сижу перед зеркалом в комнате моих соседей, пока Томми издевается над моими волосами, пытаясь сделать что-то в стиле «Бриджит Бардо». Меня по сумасшедшему разнесло от розовых напитков и Скитлс, а Рокко пошел принести Бог знает какое незаконное вещество, чтобы они оба могли наглотаться. Эти оба под кайфом все выходные. Я стараюсь изо всех сил соответствовать их возвышенному состоянию.
Со своего телефона я около сорока раз попыталась найти Мози по его старому адресу в Скайпе. Я попробовала еще раз, молясь на черный экран с аватаркой без имени. Томми выхватывает телефон с моих колен и бросает его на кровать позади себя.
─ Мне плевать если он сам Микеланджело. Твое угрюмое настроение убивает мой настрой. Я пытаюсь сделать тебя гламурной, но твое сердитое лицо сводит на нет все мои старания.
─ Я думала, ты сказал, что мы идем на пенную вечеринку. Разве мы не промокнем и не сведем на нет, так или иначе, все твои старания?
Томми освежает мой напиток и бросает два кубика льда в стакан вместе с чистой пластиковой трубочкой.
─ Важно, в каком виде ты появишься, моя дорогая, даже если ты в пустую потратишь время.
─ Я уже в пустую трачу время, ─ говорю я, глотая слова. Я никогда не употребляла так много наркотических средств. У меня даже никогда не было желания сделать это. Что если я выйду из-под контроля на крутой нисходящей траектории? Что если эти последние несколько дней являются сигналом начала конца, моим погружением в безумие, моим возможным падением? Мой разум запрыгивает вперед, видя меня бродягой на улицах Тихуаны. Без работы. Без возможности сбежать из моего собственного ада, который я создала. Попрошайкой на перекрестках у светофора, как та мать с тремя детьми.
─ Я сегодня никуда не пойду. Я собираюсь выспаться и притвориться, что этого никогда не было.
─ Даже не смей говорить это! ─ говорит Томми, ударяя меня по плечу задней стороной плоской щетки. ─ завтра мы уезжаем. Это наша последняя ночь вместе!
Словно мы уже сто лет как дружим. Словно мы когда-нибудь еще встретимся. Я уже собираюсь сказать ему, что им будет веселее без меня, когда дверь гостиничного номера распахивается и в проеме прямо позади него появляются Рокко и Коко до зубов обмундированные во все клубные регалии.
─ Улыбнись, дорогуша! Я купил свежие пончики!
И, конечно же, я сдалась, потому что мои друзья такие жизнерадостные и искренне стремятся провести хорошо время вместе со мной. Я позволяю Томми одеть меня и теперь я выгляжу, как очаровательная девочка наркоманка из 1950 года. Ну, по крайней мере, у нас с ним один размер. Я просто притворилась, что сейчас Хеллоуин и я надела костюм, а костюм у меня порнографический и совсем не такой, в котором мне бы хотелось встретить смерть в реальной жизни. Но кому нужна вся эта куча одежды, когда снаружи выше тридцати шести градусов и ты направляешься на пенную вечеринку?