─ Он и вправду был очень ценен! Сначала он вел себя очень тихо и замкнулся в себе, но затем он начал рисовать. Вот Лана, ты действительно должна взглянуть на это, - сказала она, копаясь в сумочке в поиске ключа.
─ Ох, да все в порядке. Я просто хотела узнать, участвовал ли он.
─ Нет, серьезно, тебе нужно увидеть это.
Она, толкая, открывает дверь и включает свет. Я следую за ней.
─ Я с легкостью могу сказать, что он самый талантливый художник, который у нас когда-либо был в Pathways. По крайней мере, с тех пор как я здесь работаю.
Вся южная стена комнаты покрыта бумагой. Гигантский, цветной череп вырисовывается из темного, серо-голубого неба.
─ Это был сложный проект, в основном из-за масштаба и формы. Мы привыкли почти всегда делать рисунки и фрески не большой высоты, но широкие. На территории Мексиканского парка культурного наследия только одна стена, и она достаточно высокая. Нам приходилось строить леса и разные уровни платформ, чтобы рисовать на разных уровнях.
Я едва слышу Дженнифер, пока иду к впечатляющему эскизу картины. Череп не такой как черепа в засахаренных конфетках Día de los Muertos. Это Смерть, плотоядная, смеющаяся и любящая свою власть. Прямо перед моим лицом, словно готовая спрыгнуть с картины. Эта часть одновременно притягивает и до ужаса пугает. В каждой полости глаза детализированное содержание в ярких красках, мерцающих, чтобы контрастировать на фоне штормового неба. В одном глазе календарь Ацтеков, в другом национальный символ ─ орел со змеей, сидящей на кактусе, установленный на заднем фоне руин Майя в цветах мексиканского флага. У основания черепа минута истории в ритуале жертвоприношения туземцев ─ примитивная модель человеческих пыток. Обезглавленные тела, разбросанные вокруг пирамид, ступени которых залиты черной кровью. Священник, облаченный в перья ворона, с застывшим криком на лице, трясущий кулаками в белой мгле солнца. Я узнаю отрезанные головы солдат в испанских шлемах. Это взятие Теночтитлана. Уроки истории, которые я едва помню со времен школы. С другой стороны Майя, изображенные с такой же ожесточенностью. Сверху и в центре изображена эвисцерация (извлечение органов), включающая глотание сизальской веревки окутанной шипами. Майя окружены космическим водоворотом, астероидами на расстоянии пересечения их траекторий. Они не замечают их, но я вижу их гибель.
Эта часть поглотила мои слова. Мои эмоции и мысли повсюду.
─ Вот это да! ─ все что я смогла сказать. Столько всего должно быть происходит в голове этого мальчика.
─ Мы красили или точнее добавляли акриловые краски в его палитру и пускали слюни. Мози в одиночку сделал все ─ весь дизайн.
У меня пропали слова. Они покинули мой рот, пробежались вниз по моей груди, рассыпались на полу и просочились в трещины под дверью.
В свое время я видела несколько довольно внушительных росписей стен. Я бы не назвала себя экспертом, но я также достаточно хорошо разбираюсь в искусстве Чикано, и в гибридах, создаваемых смешиванием галерейного качества и искусства уличного стиля. Я хорошо знаю свои фрески и картины, ладно? Мы выполняем, по крайней мере, одну в неделю, с тех пор как я начала здесь работать. Эта отличается от всего, что я когда-либо видела. Она пугающая, пленяющая и красивая. Как и мое любопытство к этому новому «члену команды», мистеру Мози Крузу.
─ Святое дерьмо, Дженнифер! Я не знаю, что сказать. Я так понимаю он мексиканец?
─ Ну, я спросила его, и он сказал, что вырос здесь. Он родился в Мехико, но он мало что помнит о том времени. Я спросила его, учился ли он где-нибудь этому. А он только рассмеялся и покачал головой. Он, должно быть, полностью самоучка.
─ Ты не сделала фотографии, пока он работал? Возможно, под это мы могли бы получить какой-нибудь грант. Это потенциально может вдохнуть новую жизнь в некоторые проекты развития, которые мы передвинули на задний план.
─ Я могу сделать это завтра. Это все что мы смогли сделать за сегодня. Он добавил все эти краски в последние пятнадцать минут. С ума сойти, как он быстро работает.
─ Это если он вернется. ─ Я смогла услышать разочарование в своем собственном голосе, и теперь я не уверена связанно это с моими личными причинами, или же, потому что я просто поняла, каким по-настоящему ценным он является. Я постаралась успокоить свое волнение и напомнить себе, что я здесь, чтобы помочь ему, а не для чего-нибудь еще. Ему не нужно быть использованным.