— Пикс, парализатор.
Коммуникатор на левом запястье мальчика глухо щелкнул, два тонких жгута покинули предохранительный бокс, словно змеи, взвились в поиске предполагаемого обидчика. Нейроинтерфейс активировал протокол самозащиты, отправил ближайшему полицейскому дрону сигнал тревоги, пустил в кровь адреналин с обезболивающим и затих, впав в гибернацию для предотвращения дистанционной хакерской атаки.
«Угораздило меня опробовать все, чему учили на оборонке, именно сегодня!» — зло подумал именинник. Стараясь дышать ровно, он аккуратно, вдоль стены, прошмыгнул из прихожей в просторную гостиную, тонувшую во мраке. Что могло пойти не так? Конкуренты отца? Простые грабители?
— С днём рождения! — раздался нестройный хор знакомых голосов.
Внезапно зажегся ослепляющий свет. Искры со всех сторон дезориентировали парня, хлопки, похожие на салюты, пошатнули и так не спокойные нервы. Стрекот парализатора перед собой не прервал какофонию, и парень перекатом ушел назад, больно ударившись затылком о стену.
— Пацан, ну ты даешь! — громом разразился смех отца.
— Айзек! — веселый голос матери звонко отразился от стеклопанелей.
Сквозь заслезившиеся глаза он разглядел стол, уставленный едой, пышный торт в середине, родителей и ближайших друзей, что со смешками подходили к нему.
— Вставай, солдат! — протянул ему руку отец. — воевать еще не время!
— Ну что ты такое говоришь, дорогой. Давай, Айзек, пойдем примешь релаксанты. — вмешалась мама.
— Все хорошо, просто налейте пива. Мне же его уже можно? — попытался пошутить именинник.
Как оказалось, пиво действительно было. На подобную просьбу мать только покачала головой, а отец снова рассмеялся, протягивая открытую банку. Алкоголь Айзек уже пробовал не раз в компании мальчишек с самых нижних этажей, когда ему удавалось на время взломать протокол родительского контроля нейроинтерфейса, так что какое-то пиво было ему не в новинку.
Слабый алкоголь был дозволен в Империи с шестнадцати, крепкие напитки в определенных дозах с двадцати трех. Однако мальчишка перепробовал, казалось, все. Пиво ему нравилось, но не то, что предложил отец. Это синтетическое, а вот на нижних этажах или даже в индустриальных районах, где Айзеку довелось пару раз побывать, гнали самое настоящее, грибное, по старинке. Вкус специфический, запах резкий, но приятно щекочет язык, выделяется крепостью и сильно бьет по мозгам. Все это, конечно, не бесплатно, не безопасно и, даже, уголовно наказуемо. Пришлось написать не один облик с хитрым ИИ для секс-андройдов, чтобы получить доступ к таким приключениям.
Айзек всегда чувствовал себя взаперти огромного города с навязанными правилами и идиомами. Ему чертовски не доставало истинной свободы: видеть, что хочешь, заниматься, чем хочешь, говорить, что думаешь, не быть осужденным обществом за свои увлечения. Он всегда хотел быть архитектором виртуальных миров, творить, созидать, вдыхать жизнь во что-то прекрасное, недоступное в его реальности. Он хотел творить свою реальность.
С наступлением шестнадцати лет Айзеку открывалась большая часть контента для взрослых, в том числе серьёзные VRMMO. Игры в виртуальной реальности давно плотно вошли в жизнь населения. А ведь это такой огромный простор для творчества! Создавать целые миры! Это ли не чудо прогресса? К сожалению, с этой индустрией активно боролись поборники нравственности и морали, что не давало нормально развиваться технологиям аж с две тысячи семьдесят шестого — года, когда был создан первый нейроинтерфейс. Прошло почти сто лет, чип и биоэлектронные приводы есть у девяноста процентов населения человечества, а это почти тридцать миллиардов. И все равно пользу этой технологии умудряются оспаривать. Что уж говорить, если в некоторых проектах люди предпочитают проводить больше времени, чем в реальности. Там даже заработать можно!
Из раздумий о несправедливости мира Айзека выдернул тихо подошедший отец.
— Ну что, сынок, как тебе?
Они стояли на маленьком открытом балконе из армированного углепластика, считавшегося роскошью даже среди зажиточных семей. Солнце уже скрылось за смесью облаков и газов, окрашивая мрачное полотно смога в тёплое золото, все что ниже трехсотого этажа утонуло во тьме и вот-вот расцветёт по-новому огнями полиса и тысячами голограмм.
— Ты про вечеринку? — устало отозвался Айзек.
— Нет, конечно! Про новый протокол на твоём счету за ложный вызов! — отец снова расхохотался от своего блестящего, как он считал, сарказма.
Отсмеявшись, Логинов старший опустил прозрачный защитный купол балкона, нажав едва заметную кнопочку снизу бортика. Затем, подключившись через коммуникатор, отдал команду наноботам растянуть дипольное отражающее покрытие. Воровато обернувшись, отец семейства достал из внутреннего кармашка старомодного пиджака мятую самокрутку, подмигнув сыну.