— Я даю максимум десять минут. — едва сдерживала я истерический смех.
— В каком смысле?
— В прямом, ковбой. Это же биотек. А вы, питекантропы, а в особенности ты, Коль, спалили нас дважды. Лу с Мишей еще может быть выберутся, Игги как всегда сам найдется через какое-то время, а вот нам с тобой крышка.
— Что ты несешь? — он продолжил собираться, метаться, иногда разражаясь проклятиями.
— Уходи. — настаивала я.
— Я жду тебя, Ви! — сорвался он. — Ты что, не видишь, что я и твои вещи тоже собираю! Удаляй импланты, быстрее! Мы еще можем успеть!
— Куда это вы собираетесь успеть? — Неожиданно раздался уверенный бас откуда-то с потолка.
Коля среагировал как самый настоящий мужчина — тупо, по-обезьяньи, яростно крича он выхватил пистолет и выпустил всю обойму в темноту потолка завода. Как только оглушительное эхо выстрелов стихло, Коля упал на спину как мешок с цементом. Я сидела на старом, сыром и плесневом кресле. Мне было откровенно все равно. Нас немногое связывало, кроме ночных развлечений, но варварское поведение и отвратительный нескончаемый максимализм этого железнолицего меня все же доконали. А сейчас его сердечко занято другой — блестящей пулей из армированного пластика со свинцовым наполнением.
— Так куда вы там собирались? — снова зазвучал тот голос, ухнули первые тяжелые шаги со стороны лестницы за моей спиной.
— Я без понятия, куда он собирался. — спокойно ответила я.
Конечно я не хотела умирать, но и сдаваться просто так не собиралась. В открытом противостоянии с бойцами биотек никто из нас не справится, а вот поговорить всегда можно. Нет оружия смертоносней, чем слово, так? Не помню, кто сказал.
— Пахнешь скверно. — голос звучал прямо у меня за затылком. — Не против, если я присяду?
Человек показал себя. Да уж, с таким тягаться ни в стрельбе, ни в рукопашном бою никому из простых смертных не стоит даже пробовать. Шкаф два на два, бицепс даже через строгий черный костюм кажется огромным. Черные лакированные туфли чем-то выделяются, слишком уж тяжелая поступь у него. Как он смог подобраться незаметно? Может, ступни бионические?
— Чего молчишь, красавица? — он приблизил лицо. Красивое, черт подери, лицо.
Прямо-таки грек с картинок древности. Нос прямой, чуть с горбинкой, ровные тонкие брови, чуть пухлые губы с правильным изгибом, выделяющийся в меру мощный подбородок, симметричная челюсть с высокими скулами, а кудри просто восторг. Э-эх, вот почему с такими мужиками меня жизнь сводит только при таких обстоятельствах.
— Ты только не обижайся, но говорить я тебя так и так заставлю. — он отстранился, сел на чуть не развалившийся под ним табурет прямо передо мной.
— У вас красивое лицо. — хрипло ляпнула я первое, что пришло в голову.
Минуту он молчал, потом прыснул в кулак и посмотрел на меня своими черными глазами как на маленькую девочку. Мы выглядим ровесниками, но он явно старше, чем кажется. Особенно голос, звучит как у мужика за пятьдесят.
— Ладно, начнем, пожалуй. — он открыл панель на своем коммуникаторе и развернул картинку ко мне. — Венера Родригес, родилась в Сьерра де ла Вентана в 2238. Прибыла в федерацию в 2246. Родители пропали через год, и ты жила с дядей и тетей в трущобах, до шестнадцати, потом сдала с отличием экзамены в высшую медицинскую школу, училась по направлению нейробилология. Все верно? Ты меня поправляй, если где-то ошибаюсь, хорошо? — с заботой говорил он. — В университет ты не пошла, работала в частной компании ныряльщицей до второго уровня. — он хмыкнул и почесал подбородок, раздумывая о чем-то своем. — Но внезапно исчезла из системы на несколько лет, и появилась только в прошлом году, открыла аккаунт кибернаемника. — он замолчал и многозначительно меня рассматривал, всем видом давая понять, что его терпение не бесконечно.
— Все так. — сухо ответила я.
— Сколько ИИ ты используешь при погружении на первую ступень? — начал он, наконец, задавать вопросы, покончив с односторонним знакомством.
— Ни одного. — не стала врать я.
— Ожидаемо. — он нахмурился. — А на втором?
— Ни одного.
— Врать не хорошо. — он рывком встал и снова приблизился, угрожающе сжав кулак.
А изо рта у него пахнет не очень. Мы играли какое-то время в гляделки, я даже начала немного нервничать, совсем чуть-чуть. Но мой дознаватель внезапно расслабился, опустил плечи, снова сел и опустил голову.
— Вот знаешь… — он заговорил тише и мягче. — Я не люблю бить женщин. Терпеть не могу. Я очень вас уважаю. — мужчина немного помолчал, сцепил пальцы и продолжил. — Для тебя сейчас открыты три дорожки. Угадаешь какие?