От стен домов пахло солью и водорослями.
- Главный промысел Куоланы, - рассказывал Ольхе, пока они шли на ярмарку, - торговля солтоном. Это камень, который они добывают на большой глубине. Сложность добычи в том, что эта порода залегает под руслами рек, а это усложняет его добычу и, соответственно, сказывается на стоимости. Когда идет дождь, на улочках появляются мутные лужи молочного цвета, которые, кстати, очень любят мои зубрики.
Ольхе улыбнулся и почесал указательным пальцем макушку сидящего на правом плече существа.
- Со временем, конечно, стены домов теряют цвет и белеют, а потом уходят в какие-то неприятные зеленоватые оттенки. Чтобы этого избежать, куоланцы приобретают солтон, дробят его, а то и покупают готовый молотый, мешают с водой, а потом замазывают стены. Местные жители могут себе это позволить - за вредность, за постоянно висящую в воздухе пыль в сезон работы им предоставлена скидка.
"И зачем он мне все это рассказывает?" - гадал Сарпий.
Народ пребывал. Вот уже Переписчики шли в небольшой толпе, и то и дело с переулков на главную улицу выходили все новые и новые куоланцы, все как один светлые и бледнокожие. Одеты они были в легкие платья и просторные шаровары с рубахами.
- Вот казалось бы, - не унимался Ольхе, - такая неказистая одежда, а стоит ого-го! Это ж такие ткани, что испачкаешь - расплачешься с горя.
Сильнее всего Сарпию хотелось двух вещей: свернуть с улицы, затерявшись среди построек, и чтобы Ольхе наконец-то заткнулся. Лишние взгляды были ни к чему. В тесных проходах и подворотнях журчал народ. Нет-нет, да кто-нибудь указывал на Переписчиков.
- Юнок точно не в курсе? - Сарпий с опаской взглянул на Ольхе.
- Точно. Пока ты со мной, вопросов не возникнет ни у кого. Я тут на хорошем счету.
"Никогда бы не подумал..." - едва не усмехнулся Сарпий.
- В таком городке видеть двух Переписчиков - это знаковое событие. И не забывай наше проклятие - вечно они ожидают, что мы будем вытворять чего нехорошего, чтобы уровнять Баланс.
Это не успокаивало Сарпия. Он все равно был готов к засаде, к внезапному нападению и, что самое неприятное, Переписчик действительно предпочел бы нудным тягучим разговорам одну хорошую драку. Так быстрее. Сарпий давно понял, что более наглядная вещь усваивается гораздо лучше, чем эфемерность слов.
На площади Переписчики привлекли внимание толпы. Конечно, на них старались особо не глазеть, но зыркнуть считал нужным каждый. И не один раз! Сарпий чувствовал уверенность в своих силах, оттого и не таился.
"Точно ли тут не знают про меня?.. Что-то уж больно подозрительно косятся", - хмуро думал он.
Каждый город, подобно Куолане, знал своего Переписчика. И когда жители видели нового, незнакомого, сразу же начиналась паника.
- Странно, - пробормотал Сарпий, и Ольхе поспешил приблизиться, чтобы сквозь гул слышать, что говорит его собеседник, - вроде бы времена, когда зла не хватало, и приходилось учинять что-нибудь пакостное, но неизбежное, давно миновали. Пусть мы и действовали в рамках Кодекса, но...
- А вот с тех пор-то и пошло поверье, что просто так Переписчики в города не приходят. А коли завидел - жди беды.
Ольхе остановился у лавки с сухофруктами и купил большой куль жареных орехов, которые стал подкидывать в воздух, а сидящее на плече существо ловило их и с удовольствием проглатывало.
Сарпий наспех заплатил за новую пару сапог. Взял без всякого торга, стараясь не прислушиваться к возмущенному визгу Ольхе, что Сарпий-де оставил слишком много денег. Тот лишь улыбался. Помимо сапог Переписчик обзавелся простым мешком и набил его провизией: в основном сухарями, сыром и сушеным мясом. Ольхе порекомендовал взять компотный сбор, заверив, что он пригодится.
- Возьми-возьми! Хоть вспомнишь меня.
Сарпий нервничал. Что-то явно ему не нравилось. Словно город ополчился на него. Это напомнило Нор'Шаран. Неприятное чувство, будто он явился сюда через десятки лет после изгнания. Сарпий не хотел медлить.
- Хорошо. Но давай поторапливаться. У тебя все готово?
- Да. Пакерал сытый, наверняка уже доел заклинание.
- Тогда покажи мне, где здесь можно привести себя в порядок.
Ольхе вывел его на Видную улицу, где фасады домов пестрели яркими вывесками: салоны красоты, массажные, таинственные места для расслабления, бани, цирюльни. У порога одной неприметной цирюльни Ольхе сказал: