Орлова провела пальцами левой руки по своим бровям и сжала губы.
– Технически это просто… Но любой шум до развязки опасен, поэтому помочь смогу только по факту.
– Всё равно спасибо. Это правда важно для меня, Елизавета Николаевна…
– Конечно, я всё понимаю, – ласково улыбнулась она, давая понять, что пора ехать в аэропорт.
– У меня для вас есть подарок, – сказал, вставая епископ. – Только распакуйте его в самолёте. Возможно, с помощью него вам станет ясно моё желание.
Орлова взяла в руки подарок и направилась к машине. Через несколько минут епископ привёз её в аэропорт, благословил, попрощался, повторно поблагодарил и уехал в сторону Марселя.
Уже в самолёте Елизавета Николаевна распаковала свёрток, переданный ей епископом. В нём был конверт и папка с аккуратными листами отпечатанного текста. В конверте на плотной бумаге с архиерейским вензелем расположились ровные округлые буквы:
Уважаемая Елизавета Николаевна!
Если Вы читаете это, значит, я рискнул прибегнуть к Вашей помощи.
Кроме всех прочих моих талантов, я ещё грешу созданием художественной литературы. Для того, чтобы Вам была ясна важность моей интимной просьбы, прошу ознакомиться с прилагаемым к письму текстом. Вы будете первым читателем этого откровенного произведения, во многом затрагивающего и Божесова, и события 2024 года, и самую интересную пору в жизни каждого человека – школу… Я надеюсь, что Вы поможете мне и спасёте дорогого мне человека от рук «репрессивного» государственного аппарата.
Также приглашаю Вас, Михаила Александровича и всех остальных (даже Лапина и его команду) на благотворительный концерт симфонической музыки, проводимый фондом «Благословение». Состоится в Большом театре через две недели.
С пожеланием многих и благих лет
Епископ Сервский,
викарий Европейского экзархата
Евгений (Князев)
Часть вторая
Авторское предисловие
Дорогой читатель!
То, что ты держишь в руках, в некотором смысле является дневником моих чувств. В нем много как полезной, так и откровенно ненужной информации и лишних мыслей. Книга эта написана в первую очередь для одного человека, который, прочитав это, навсегда будет связан со мною крепкими и неразрывными узами, и о котором я буду помнить всю жизнь… В принципе, книга гарантией этого и является.
Да, критику есть где разгуляться и на что обратить свое внимание. Тут ты встретишь разные синтаксические конструкции, слишком трудные и монотонные, столкнешься с противоречивостью героев и погрузишься в невыверенную динамику повествования. Борись с этим. Пойми главную мысль и почувствуй смысл, вложенный в этот набор историй.
Часто, используются реальные диалоги и реальные записи того времени моей жизни. Пусть некоторые события подвергаются художественным условностям и происходят тогда, когда в реальности не существовало даже причин этих событий, но помни, что все написано с любовью…
«ЗАТОЧЕНИЕ»
книга о школе
Как жаль, что тем, чем стало для меня
твое существование, не стало
мое существованье для тебя.
И. Бродский, Postscriptum
Кто есть учитель? Собака Павлова – по звонку говорит, по звонку замолкает.
Стивен Кинг
1
«Никогда не понимал одной вещи: как взрослый состоявшийся человек, педагог с опытом и сотнями детей за плечами, может позволять себе стебаться и шутить над учениками, место которых в жизни еще ему неизвестно? Мало ли, кем станет Саша Петров, носивший среди учителей прозвище «дуралей» – возможно, повезет ему в жизни так, что любой училке, плюнувшей ему в спину, Вася безнаказанно и законно набьет морду. Метафорически, разумеется…
Надутые педагоги, с высоты поглядывающие на детей, считающие их бесполезными, давно опостылевшими существами, воспринимают себя, как героев–тружеников, на которых стоит русская земля. Хотя, по сути, таким возвышенным отношением к детям делают из себя дураков. Лишь учитель, ставящий себя на равных с учеником, позиционирующий себя ни начальником, ни тираном, ни, не дай Бог, первым отцом или второй матерью – учитель, занимающий нишу старшего друга и товарища, который может позволить себе шутку в адрес ученика, но также самоиронично отреагирует на ответ, такой учитель достоин оставаться в школе XXI век!»