– И вообще на харчах блатных сижу… Ладно. Что там у нас? А то телевизор мне отключили.
– Тогда обрадую тебя. Оппозиция арестована в полном составе, ты формально всё ещё Премьер, а меня уволили, – говорила Орлова, доставая откуда–то маленький телефон и передавая его Божесову. Он с удовольствием взял его и прочитал сообщение: «Точно прослушивают. Пиши всё важное здесь и не отправляй. Как тебе помочь?»
Божесов стёр сообщение и, набрав новое, показал его Орловой: «Кого ещё уволили или арестовали?»
«Только Катю отправили в отпуск и спецназ Минюста».
«Отлично! В таком случае это всё меняет…»
«Я знаю, что ты хочешь сказать. Смолов и Хвостовский типо достигли соглашения с Лапиным, но готовы действовать на твоей стороне».
«Ты ведь сделала что–то?»
«Да. От твоего имени и имени Правительства составила официальное обращение в Конституционный суд и Генпрокуратуру для проверки соответствия деятельности Службы безопасности и распоряжений Лапина законодательству»
«Умница. Что нам для реализации плана не хватает?»
«В целом, твой арест ничему не мешает. Только техники для спецназа нет, хотя сами ребята готовы и проинструктированы. И СМИ под вопросом…»
«Короче, технику пусть пригонит минобороны из верных ему частей. Оружие там же возьмут, и на своих складах, если что, отобьют. СМИ в первую очередь взять под контроль, а интернет в Москве вырубить».
«Весь?»
«Конечно, пусть люди возмущаются методами Лапина по разгону митинга! Принеси ещё мой костюм парадный. Висит в третей линии гардероба на специальном месте. Как есть, так и принеси и ничему не удивляйся. И забери меня завтра с тяжёлыми, мне ещё надзирателю по морде надавать надо».
– Где Мари? – спросил Божесов осторожно, но вслух.
– Вещи собирает твоя Мари, – в голосе Орловой слышался металл. – Это она с Красенко сотрудничала и деньги переводила.
– Ну, и умница… – прошептал Божесов с нескрываемой горечью. – Тогда знаешь, что с ней надо сделать.
– Давай в общем, – нарочито громко сказала Орлова. – Адвоката тебе найдём самого лучшего!
Во вторник же произошёл перелом. Пока люди собирались пройтись по Садовому кольцу, пока епископ Евгений пил кофе в своём отеле, а Мари ехала пока ещё на своём автомобили в аэропорт, войска Специального отдела Минюста, получившие технику Министерства обороны и оружие, начали вставать у ключевых зданий в городе, не привлекая особенного внимания правоохранителей и руководства, занимавшегося вопросами самого шествия. Госдума, Совфед, Федеральный Банк, все министерства, Лубянка, Администрация Президента, радио и телевидение – каждое здание контролировалось несколькими бронетранспортёрами и автомобилями десанта, ожидая приказа. Как только началось шествие, по всем каналам начали крутить критикующие Лапина передачи, в который рассказывалось о возможных фальсификациях расследования о «True liberals» и предстоящем жестоком разгоне оппозиционно настроенных граждан. Постепенно передачи становились откровеннее и с нарастающей наглостью обвиняли Лапина и лично Красенко, не вспоминая о Божесове ни слова.
В этот самый момент в Сенатский дворец вместе приехали кортежи Министра иностранных дел и Министра обороны, состоящие не только из привычных правительственных люксовых автомобилей для руководства, но и неожиданно большого числа микроавтобусов–охраны – восемь штук. Максим Петрович первым вошёл в здание и первым делом посмотрел на наручные часы и, перекрестившись, направился в кабинет начальника охраны, передав ему документ. Прочитав приказ, начальник побледнел, а в горле его резко пересохло, и он начал тяжело дышать.
– Как? Это ваше распоряжение?
– Да, генерал–лейтенант. Я приказываю заблокировать Сенатский дворец от сотрудников Службы охраны и силами гарнизона Кремля не допустить их присутствия здесь.
– Вы что хотите устроить? – начал говорить генерал–лейтенант увереннее, вставая в позу верного пса.
– Послушай, – оборвал Министр обороны. – Просто заблокируй Сенатский дворец и на полчаса закрой глаза. Мы всё сделаем законно…
– Максим Петрович, – легко зашла в кабинет Орлова, одетая в полностью белый костюм, закрытый костюм, – Вы не то говорите… Генерал–лейтенант, вот это распоряжение Генерального прокурора и постановление Конституционного суда. Против Лапина начинается процесс импичмента, а вы просто поможете нам вынудить его подать в отставку без вмешательства Службы охраны. Чтобы ваши в наших не стреляли. Хорошо?
– И ещё раз, это приказ! – буркнул Максим Петрович.
Генерал–лейтенант безнадёжно кивнул и сделал звонок своим постам. В этот же самый момент из микроавтобусов выскочило по семь хорошо вооружённых и экипированных спецназовцев в чёрных костюмах и броне без опознавательных знаков.