Выбрать главу

Мои родители, которые вроде бы любили друг друга, в итоге разошлись. Иногда они видятся и проводят вместе время, а потом возвращаются к кочевой жизни с партнерами-однодневками. Благо никто из них не тащит все в дом.

Нет, папа пару раз надумывал жениться. Даже знакомил со своими пассиями, но до серьезных отношений не дошло. Лишь мама вышла замуж, но в пятый или шестой раз. Не факт, что последний, кстати.

Так что Димину натуру я просекаю почти мгновенно и прекрасно понимаю, чего тот добивается неуемной заботой. В его представлении — очередная дурочка с мечтами о принце и конях, которую легко обвести вокруг пальца.

Может, и так.

Я устала от мудаков. Хочется романтики, красивых жестов, ухаживаний, свиданий. Пусть и на короткий срок.

Но ни в жизни, ни в моей профессии такие не водятся. Все как один. Мнят себя властными властелинами. Особенно когда напьются перед вылетом и начинают лапать стюардессу за задницу, как само собой разумеющееся.

Один такой на рейсе до Питера сильно обиделся, потому что я вызвала представителя закона и его сняли с самолета.

— Еблан.

Последние слова я произношу вслух, и наш бестолковый разговор о погоде плавно перетекает в обсуждение моей профессии.

— Просто нетрезвый гражданин, — вымученно улыбаюсь, потому что сама не люблю пьющих. — такие часто попадаются.

— В курсе, — сухо выдает Дима, затем выруливает на очередную дорогу и встраивается в поток машин. — Мы же в одной компании работаем. Только я на международных рейсах, а ты, видимо, пока на местных.

— Новенькая, — жму плечами и расслабленно откидываюсь на спинку кресла. — Всего год после обучения.

Приятный ветерок пробивается сквозь щель в окне, пока мы мчимся в сторону Геленджика. Поездка по местным необитаемым пляжам нагнала аппетит, потому что после магазина я толком ничего не перехватила. Вот и едем заполнять желудки в каком-то ресторане, про который Дима прожужжал мне всю дорогу.

Там, мол, шикарное мясо подают.

Про пляжи, кстати, тоже упомянул, что туда одной лучше не соваться. Навязаться в сопровождение, поди, хочет.

— А до этого чем занималась?

Тушуюсь, не знаю, что говорить. Про вечеринки? Поездки в Милан? Богатого отца с темными связями в бывшем криминальном бизнесе? Или несостоявшееся замужество, которое до сих пор встает комом невыплаканных слез в горле?

Вряд ли все это интересно Диме. Спросил-то он чисто для галочки.

— Ничем особо, — уклончиво отвечаю и ловлю его внимательный взгляд в зеркале заднего вида. — То там, то здесь. Искала себя… А ты очень любишь летать? — переключаюсь на безопасную тему, которая точно унесет его от ненужных расспросов.

Лучше бы дальше про бортпроводников спрашивал, которых презрительно кличет стюардессами. Явно не из большой любви к нам, младшему персоналу самолета, а просто поддерживал беседу.

Попадаю в точку с вопросом. Дима вдруг широко улыбается, расслабляется и восторженно, как ребенок, показывает взглядом на голубое полотно над нашими головами. Пушистые облака задорно проплывают по нему под шум ветра за окном.

— Обожаю небо, — с теплом выдыхает он. — Каждый полет не похож на предыдущий, словно вновь и вновь приходишь на любимый аттракцион. Ощущения невероятные, всегда все заново. С восторгом касаюсь приборов, держу штурвал, балдею от звука двигателей.

— Были опасные ситуации?

Дима кивает.

— Пару раз попадали в турбулентность, однажды посадили самолет чуть ли не в поле, — улыбается, а я ежусь. — Двигатель отказал, пришлось в срочном порядке приземлятся. Однажды вышла из строя часть программ… Короче, много случаев. Но я рад, что меня всегда ставили с толковыми командирами. Было чему поучиться.

— Никогда не попадала в такие ситуации. Все полеты проходили спокойно, — вздыхаю и рассматриваю свои ногти. — Правда, как-то раз ребенку стало плохо в полете. От стресса. Больше ничего такого.

— Ну и радуйся. Экстремальная посадка и всякие нештатные ситуации — опыт, конечно, бесценный, но лучше без них.

— Угу.

Взгляд невольно падает на его сильные руки, которые уверенно придерживают руль. Легко представить, как эти длинные пальцы так же крепко хватаются за штурвал и ведут здоровенную махину по воздуху в нужном направлении.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍