Скриплю зубами, гордо разворачиваюсь на каблуках. Позади раздается тихое аханье.
— Вах, какой пэрсик…
— Гиви, я все Мадине расскажу! — рявкает Дима, пока я одергиваю юбку.
— Вай, никакова уважения к старшим. Савсэм распустился.
Выходим из супермаркета прямо в адское пекло, невольно оглядываюсь на идущего позади спутника. Недовольно шипя. Он топает след в след. Словно боится, что тот самый Гиви ринется следом.
— Еще бы, блядь, купальник надела, — рычит чуть ли не в ухо, когда мы оказываемся возле машины.
— А? — изумленно оборачиваюсь.
— Б! В салон. Быстро!
Возмущенно подпрыгиваю и скрещиваю руки на груди.
— Не кричи на меня! — огрызаюсь в ответ и ловлю гневный кобальтовый блеск радужек. — Сколько я должна?
Смотрит, как на идиотку. Чуть ли пальцем у виска не крутит, затем прислоняется бедром к багажнику и мрачно тянет:
— Скажи, фрейлина, чем тебя мужики обидели, раз любую помощь ты воспринимаешь, как вызов на дуэль?
Его слова ударяют точно в цель. Отворачиваюсь, широким шагом иду к пассажирской дверце.
— Нисколько так нисколько, — бухчу под нос. — Деньги целее будут.
А про себя решаю, что положу несчастные десять тысяч в гостиной, когда сниму наличку в банке. Не желаю быть должной.
Никому и никогда.
Глава 6. Дима
— Рапунцель, спусти свои косы! — выкрикиваю, пока лежу на шезлонге под балконом Анжелы. Облизываю ложку и довольно улыбаюсь.
Черничный сорбет вышел знатный. Пальцы до локтей откусить можно. Да и планировке дома радуюсь.
Мама — умная женщина. У гостей на втором этаже окна выходят прямо на бассейн. Большой такой, с разными зонами глубины. Есть где поплавать. А люди смотрят, соблазняются и выходят купаться.
Нужно же как-то продавать минералку в забитом автомате. Да и холодильник с мороженым здесь же.
Только сегодня у меня для гостьи специальное блюдо. Не то чтобы я умею готовить — мой максимум шашлык пожарить, сорбет слепить. Просто, вкусно, и, главное, эффективно. Девочки любят мороженое, а я люблю девочек.
Особенно со столь выдающимся орехом. Перед глазами вновь предстает колышущийся на ветру подол. Сладкая слюна стремительно наполняет рот, скоро потечет у самого уголка, как у умалишенного.
— Анжела-а! Ты приехала отдыхать или в номере торчать? — поднимаю солнечные очки на макушку и щурюсь. — Иди сюда! Я кусаюсь исключительно по команде!
Прислушиваюсь. Гудение кондиционера не умолкает.
Настырная, блядь. Из романтичных натур, которым нужен принц на белом коне и королевская свадьба. После половины замка в качестве откупных, мешок золота на алименты, пупсы в розовых свертках.
Но есть плюс.
Такие барышни с легкостью покупаются на заботу, ласку и лапшу из серии: «Ты не такой, как все».
Теория давно подтверждена практикой. Я прекрасно видел, как загорелись глазки у Анжелы, когда в магазине за нее заступился. Как только на руки не прыгнула, чтобы спрятал подальше от большой и страшной толпы.
Невольно улыбаюсь от легкой щекотки в затылке. Будто перышком по шее проводят.
Дурочка.
Как она вообще сюда добралась? Или есть этот уебок, отпустивший орешек в свободное плаванье?
Пальцы до хруста сжимаются в кулаки. Мысленно представляю ебаната, чей прямой нос пора бы поправить.
Еще убрать парочку зубов. Лишних. Нет, каким идиотом надо быть? Она в магазин без приключений сходить не может! Напялила каблуки, чуть ноги не переломала. И со страха едва не поседела.
Теперь меня боится, из номера не вылезает.
«Придержи коней, Димон. Меняем тактику», — раздумываю, пока разглядываю плотно запертые окна.
Подхватываю десерт и, натянув легкие брюки, отправляюсь на второй этаж. Волнение вибрирует в желудке, когда слышу шаги за дверью.
— Анжел, мне по делам уехать нужно, — скребу ногтем по металлической ручке. — Слушай, открой, а? Не могу так говорить.
Шуршит чем-то. Я притащил достаточно увесистые пакеты. Похоже, моя фрейлина решила, что лучше испортит желудок, чем со мной пересечется.