Фомальгаут-переводчик ждал ее, зевая и демонстрируя раздвоенный язык. Сафра села в машину и сказала:
- Ты знаешь, я управилась раньше, чем планировала. Мне надо на Процион. Можешь считать себя свободным, если отправишь меня туда.
Фомальгаут оказался турагентом. Через четыре дня Сафра летела на Процион вместе с шумной компанией ящериц-подростков. За две недели она отлично научилась разбираться в их мимике - фомальгауты демонстрировали ее, окрашивая в разные цвета соответствующие части тела. Только тогда она осознала, что крупье-фомальгаут был смертельно напуган.
Перед приземлением был один неприятный инцидент, - на нее напал какой-то фомальгаут. Потом ей объяснили, что у некоторых особей перед периодом спаривания случаются выплески неконтролируемой агрессии. К счастью, никто, кроме самого несчастного безумца, выбросившегося в канализационный люк, не пострадал.
На Гидре - восьмой планете системы Проциона, где проживали стауты, была атмосфера, непригодная для дыхания гуманоидов - гремучая смесь метана и гелия. Кроме того, среднелетняя температура колебалась в пределах от минус тридцати до минус шестидесяти по Цельсию, так что инопланетники могли передвигаться по поверхности только в специальном скафандре. Да и поверхности-то как таковой не было : планета напоминала слоеный пирог из рыжеватых и голубых облаков разной плотности, и стауты сроили свои города, пользуясь конденсирующими гравитаторами.
Сафра сошла на станции и активировала одну жизнь. Стаут, комплекцией и размером и с кита, прибыл на гравиподушке, и даже незнакомая с местной жизнью Сафра ощутила исходящую от него властную ауру.
- Чем могу служить, инопланетница? - прогудел он в маску речевого ретраслятора, - Вы - та самая Сафра? Почту за честь исполнить вашу волю. Стауты Гидры плавникоплещут вам! Вероятно, вы хотите навестить местную контору? Не тратьте на это своей драгоценности, я добуду вам нужный скафандр и отвезу туда безо всякого вдоха... даром? Вы так это называете?
- В жизни ничего не бывает даром, - сказала Сафра.
- О да! - стаут покачал своим массивным телом, - Я хочу получить удовольствие, наблюдая за вашей игрой. Я сам, знаете ли, выигрывал много тысяч жизней. Если вы дадите мне задание, после которого я останусь в живых, Наблюдатели должны будут вернуть мне статус. Специальный бонус для стотысячников!
- Это хорошо, - кивнула Сафра, - Мне пригодится ваша информация!
Стаут утробно проревел что-то в висевшее на круглой стене устройство, и два черно-серых стаута размером поменьше быстренько притаранили ( иначе это не назовешь) Сафре идеально подошедший скафандр. Выйдя со станции с искусственной гравитаций в открытую атмосферу Гидры, Сафра со своим весом едва не улетела вместе с бешеными ветрами, дующими вниз и вверх сквозь слои метановой атмосферы, однако стаут бережно поймал ее, прижав к своему огромному ледяному телу:
- Возможно, это неразумно с моей стороны и проще было бы дать вам улететь, и тем аннулировать вашу волю. Но мне слишком хочется поглядеть, как вы их надуете!
Контора располагалась примерно посередине между рассыпанных в атмосфере шаров-куполов, именуемых городом.
У входа их ожидала целая толпа стаутов.
- Я сообщил о вашем приезде на нашем речевом диапазоне, - гордо сообщил ей стаут, - Мои друзья и коллеги, - они все в Игре, - хотят посмотреть, как вы будете играть.
- Это правилами не запрещено, - сказала Сафра.
Контора из-за размеров стаутов и низкой гравитации имела вид полусфер с огромной рулеткой посередине. Сафра могла бы улечься в ее чаше целиком, даже не подгибая ноги. Крупье-стаут при ее появлении встал на хвост, удивительно напоминая вытянувшегося в струнку часового:
- Госпожа Сафра! - Стауты Гидры приветствуют вас!
- Сегодня я просто посмотрю, - огорчила всех Сафра. Несмотря на ее явное желание свернуться калачиком и отдохнуть в тихом месте, толпа стаутов даже слышать об этом не пожелала. На своих гладких черно-полосатых спинах они пронесли ее по текучим проспектам, соединявшим основные улицы, показали местные достопримечательности и даже пригласили в бар, где стауты имели обыкновение замутнять рассудок, купаясь в огромных бочках со специфическими смесями из самых нижних слоев атмосферы. Там атмосфера разогревалась до ста пятидесяти градусов по Цельсию, и газообразные смеси при понижении температур превращались в жидкость, вызывавшую у статутов эйфорию и неудержимую веселость.
Сафра просидела в качестве живого истукана семнадцать стандартных часов, выслушивая комплименты и различные истории, пока не отключился последний стаут, а потом вернулась в Контору.