— Пришел... — Лала открыла дверь и стояла на пороге, улыбаясь.
— Пришел, — кивнул Дэвид.
Она пропустила его в дом и указала на кресло, где он сидел в прошлый раз. Дэвид сел, не сводя глаз с лица Лалы.
— Ты была права, жених ее умер, — проговорил он.
Лала поставила руки на талию.
— Эта девочка — твоя судьба, — сказала она, сверкая улыбкой, — я рада, что ты стал верить мне. Ведь духи вещают мне правду!
— Но как? Как я стану достойным ее? — Дэвид подался вперед, заглядывая ей в глаза.
— Достойными на становятся, а рождаются, — Лала подошла ближе, — и ты — баловень судьбы. Осталось немного помочь судьбе...
— Как? — вскочил он, — ты знаешь как?
— Конечно, знаю. Тебе нужны деньги, много денег. Нужно купить хороший костюм, завести знакомства...
— Но как?
Лала задумалась. Подошла к столику с картами, взяла в руки колоду. Дэвид пошел за ней.
— Есть одна идея... но ты даже ради Розы не согласишься на это... — Лала внимательно смотрела на него и темные глаза ее потемнели еще больше.
— Ради Розы я соглашусь на все! Лала, умоляю, скажи, что я должен делать!
Смотря на его воодушевленное лицо и горящие глаза, Лала перемешивала карты. Лицо ее было загадочно и задумчиво.
— Есть один человек, что портит жизнь многим, — наконец сказала она, — другие мои клиенты желают отомстить ему. Для этого нужно узнать, чем на самом деле занимается этот человек. С этим заданием справится мой сын. А вот ты...
— А я? — повторил он на вдохе.
— А ты можешь написать статью для газеты. И если этот человек не одумается, опубликовать ее.
— Шантаж? — Дэвид сник, — это незаконно...
— То, чем он занимается, тоже незаконно. И он должен знать, что правда всегда может всплыть... — Лала бросила карты, — но если ты не хочешь пачкаться о такие дела, то и бог с тобой. Так-то мой клиент готов заплатить хорошую сумму. На костюм хватит, и, возможно, даже на новую трость к большим набалдашником... Да и ботинки пора бы сменить.
Дэвид опустил глаза на свои поношенные ботинки. В таких ботинках его ни в один приличный дом не позовут, Лала права. Он снова сел в кресло и закрыл лицо руками. В конце концов, что плохого в том, чтобы разоблачить чьи-то нечестные махинации? Он будет на стороне правды. Он расскажет людям, как их обманывают. А уж что делать с его информацией, печатать ее или нет, пусть решает заказчик.
— Лала, — он встал, сжал задрожавшие губы.
— Да, Дэвид.
— Лала. Я согласен.
Глава 9. Отец и сын
Роберт прибыл в поместье под названием Вайтроуз Холл ближе к вечеру. Карета остановилась перед особняком шестнадцатого века, окрашенного в нежно-лиловый цвет, в тон которыму были хорошо подобраны голубые ставни. Окна сияли в свете заката, отражая солнечные лучи. Вайтроуз Холл. Роберт усмехнулся. Папаша Грансильвер поместье подобрал по имени своей дочери. Белая Роза... Да, она и есть белая Роза.
Впервые в жизни Роберта волновала женщина. Раньше он любил только мать, и, когда та покинула его, сердце его застыло в холоде. Теперь же он чувствовал, как в груди его набухает белый бутон, готовый расцвести белоснежной розой с нежными лепестками.
Роза волновала его, но он не готов был вступить в борьбу за нее, поэтому отступил, когда мистер Локридж заявил на нее свои права. Приданое ее Роберта не интересовало. Он был достаточно богат, чтобы позволить себе не быть меркантильным. Ему нравилась она сама... как она поднимала голубые глаза, хлопая длинными темными ресницами, как она наклоняла голову, слушая его, как светлый пепельный локон, выбившись из прически, мило завивался около ее розового ушка. Теперь, когда Локриджа не стало, Роберт стал думать о том, чтобы немного сблизиться с ней.
Ее хотелось коснуться, ощутить теплоту ее кожи, ее прикосновения, ее близости. Хотелось вдыхать ее запах, запах юности и свежести, и смотреть, смотреть бесконечно на ее улыбку, или на ее растерянное немного выражение лица, когда он рассказывал ей то, чего она не знала.
Интересно, за каким окном скрывается мисс Грансильвер? Роберт поднял голову и посмотрел на окна. И тут же увидел ее. Мисс Роза распахнула окно во втором этаже, чтобы лучше видеть приехавшего, и появилась в нем вместе с мисс Китти. Заметив Роберта, у которого от одного ее вида тепло сжалось сердце, мисс Роза улыбнулась и помахала ему рукой. Возможно, такое поведение не было идеалом для воспитанной юной леди, но Роберту понравилась ее непосредственность. Конечно, плохо высовываться из окна. Но ему было приятно, что мисс Роза открыла окно ради него.