– С нетерпением буду ждать, дружище, – ответил Джерри.
– И пишите только о лошадях, слышите? По-моему, вы на этом больше денег заработаете, правильно, мистер Уэссби? – Он дружески похлопал Джерри по плечу. Ни в его голосе, ни в жесте не ощущалось ни малейшей угрозы. Тиу не произнес больше ни слова, будто опасался, что его совет сочтут чем-то более серьезным, нежели простой дружеской доверительностью.
Внезапно все кончилось. Лиззи чмокнула метрдотеля, но так и не поцеловала Джерри. За пальто она послала не Тиу, а Джерри, словно не хотела оставаться с ним наедине. Прощаясь, она едва взглянула на него.
" И м е т ь д е л о с х о р о ш е н ь к и м и ж е н щ и н а м и, в а ш а м и л о с т ь, – предостерегал его Кро, – в с е р а в н о ч т о о б щ а т ь с я с и з в е с т н ы м и п р е с т у п н и к а м и, а д а м а, ч ь е г о в н и м а н и я т ы д о м о г а е ш ь с я, н е с о м н е н н о, п о п а д а е т п о д э т у к а т е г о р и ю ".
Джерри брел домой по залитым лунным светом улицам, стараясь не обращать внимания на усталость после долгого путешествия, на нищих и на глаза, провожающие его из-за каждой двери. По дороге он подвергал изречение Кро тщательному осмыслению. Насчет «преступника», собственно говоря, можно было бы и помолчать: это слово во все времена было чересчур зыбким определением, а Цирк и его агенты существовали не для того, чтобы олицетворять собой слишком узкое понимание законности. Кро рассказывал Джерри, что в тяжелые времена Рикардо заставлял Лиззи перевозить для него через границы какие-то небольшие посылки. Велика важность! Пусть об этом пекутся умники из начальства. Известные преступники – совсем другое дело. «Известные» – с этим словом он был согласен полностью. Вспоминая затравленный взгляд, каким Элизабет Уэрдингтон смотрела на Тиу, он не мог не признать, что знал это лицо, этот взгляд, эту беспомощность всю свою сознательную жизнь, под какой бы маской они ни скрывались.
Многие недалекие критики Джорджа Смайли не раз шептали, что в этот момент ему следовало предугадать, в какую для Джерри сторону подует ветер, и увести его с поля битвы. В конце концов, Смайли был куратором Уэстэрби. Он единолично вел досье на Джерри, подкармливал и инструктировал его. Если бы он был в расцвете сил, говорили они, а не на полпути к закату, он между строк прочел бы тревожные сигналы в сообщении Кро и вовремя преградил Джерри дорогу. С тем же успехом они могли бы заявить, что он всего лишь второсортная гадалка. Факты, поступившие в распоряжение Смайли, были таковы.
На следующее утро после приключения Джерри и Лиззи Уэрд (или Уэрдингтон) Кро на автомобильной стоянке более трех часов выслушивал его отчет и в своем рапорте отметил, что Джерри, что вполне объяснимо, пребывает в состоянии «уныния, неизбежно следующего за бурным всплеском». Похоже, писал Кро, Джерри боится, что Тиу или сам Ко поставят девушке в вину ее «преступную осведомленность» и даже применят к ней насилие. Джерри не раз упоминал, что Тиу открыто презирает и девушку, и его самого, и, скорее всего, всех европейцев; он без конца повторял слова Тиу о том, что ради нее он проехал бы от Коулуна до Гонконга, и ни метра дальше. Кро возражал ему, указывая, что при желании Тиу мог в любую минуту заставить ее замолчать и что ее осведомленность, по собственным утверждениям Джерри, не касается даже «золотой жилы» из России, не говоря уже о братце Нельсоне.
Короче говоря, Джерри демонстрировал все обычные симптомы, которые проявляются у оперативных агентов после удачной операции. Ощущение вины, усугубляемое дурными предчувствиями, невольно возникающее расположение к объекту операции – эти симптомы так же легко предсказать, как предвидеть всплеск истерических слез у спортсмена после крупных соревнований.
На второй день, когда Джерри впервые вышел на связь, дозвонившись до Кро по заранее отработанной схеме, старик-австралиец, чтобы поддержать Джерри на плаву, передал ему теплые персональные поздравления Смайли – правда, чуть раньше, чем получил их из Цирка, – и отметил, что Джерри говорит гораздо более бодрым тоном, однако очень волнуется из-за своей дочери Кэт. Он забыл про ее день рождения – по его словам, он будет завтра – и хотел бы, чтобы Цирк послал ей японский кассетный плейер с набором записей, чтобы положить начало ее фонотеке. Кро телеграфировал Смайли список кассет, велел «домоправителям» административно-хозяйственного отдела немедленно браться за дело и потребовал, чтобы «сапожники» – иными словами, отдел, занимающийся изготовлением фальшивых документов, – написали почерком Джерри сопроводительную открытку со следующим текстом: «Дорогая Кэт! Попросил приятеля опустить это в Лондоне. Береги себя, милочка. Люблю тебя, как всегда. Папа». Смайли дал добро на покупку и велел "домоправителям'' вычесть ее стоимость из жалованья Джерри. Перед отправкой он лично проверил содержимое посылки и похвалил поддельную открытку. Также он убедился в том, о чем они с Кро давно подозревали: что назавтра у Кэт нет никакого дня рождения и что наступит он очень нескоро. Просто Джерри очень нужно было выказать отцовскую привязанность: еще один признак временного упадка сил. Смайли отправил Кро телеграмму с требованием держаться поближе к Джерри, но не навязываться. Джерри не выходил на связь вплоть до ночи после пятого дня, когда он потребовал неотложной встречи в течение часа. После наступления темноты свидание состоялось. Оно произошло под видом случайной встречи двух старых сослуживцев в их давно условленном месте, где они всегда встречались в неотложных случаях, – в круглосуточном придорожном кафе на Новой территории. Следом за телеграммой в Лондон полетело письмо от Кро с пометкой «лично Смайли в собственные руки». Оно прибыло в Цирк с курьером Кузенов через два дня после описанного события, то есть на седьмой день. Справедливо полагая, что Кузены найдут способ прочитать текст, невзирая на все печати и другие ухищрения, Кро усыпал письмо изобилием уклончивых оборотов, псевдонимами и тайными кличками; здесь этим словам возвращено их истинное значение.
У э с т е р б и о ч е н ь с е р д и л с я. О н т р е б о в а л с о о б щ и т ь, к а к о г о ч е р т а С э м К о л л и н з д е л а е т в Г о н к о н г е и к а к и м б о к о м в т я н у т в д е л о К о. Я н и к о г д а р а н ь ш е н е в и д е л е г о т а к и м р а з ъ я р е н н ы м. Я с п р о с и л, с ч е г о э т о о н в з я л, ч т о т у т з а м е ш а н К о л л и н з. О н о т в е т и л, ч т о в и д е л е г о н е д а л е е к а к э т и м в е ч е р о м – е с л и б ы т ь т о ч н ы м, в о д и н н а д ц а т ь п я т н а д ц а т ь – в м а ш и н е, с т о я в ш е й в М и д л е в е л з е, н а т е р р а с е ч у т ь н и ж е С т а р – Х а й т с, п р я м о п о д у л и ч н ы м ф о н а р е м. Т о т ч и т а л г а з е т у. С м е с т а, г д е н а х о д и л с я К о л л и н з, г о в о р и т У э с т е р б и, х о р о ш о в и д н ы о к н а Л и з з и У э р д и н г т о н н а в о с ь м о м э т а ж е, и У э с т е р б и п о л а г а е т, ч т о о н в е л ч т о – т о в р о д е с л е ж к и. У э с т е р б и в э т о в р е м я ш е л п е ш к о м и у т в е р ж д а е т, ч т о о н " е л е с д е р ж а л с я, ч т о б ы н е п о д о й т и к С э м у и н е с п р о с и т ь е г о н а п р я м и к ". Н о п р и в и т а я в С а р р а т е д и с ц и п л и н а в з я л а в е р х, и о н, н е п о д а в а я в и д а, п р о д о л ж а л с п у с к а т ь с я с х о л м а п о с в о е й с т о р о н е д о р о г и. Н о о н у т в е р ж д а е т, ч т о К о л л и н з, к а к т о л ь к о з а м е т и л е г о, в к л ю ч и л м о т о р и б ы с т р о п о е х а л п о х о л м у в в е р х. У э с т е р б и з а п и с а л н о м е р м а ш и н ы, и н о м е р, б е з у с л о в н о, в е р н ы й. В с е о с т а л ь н о е К о л л и н з п о д т в е р д и л.