– Слишком грубая кожа! Видите ли, милочка, в нашем ателье используют лишь самые тонкие, самые дорогие ткани – шелк, шифон, кружева: девушки имеют дело с серебряными и золотыми нитками, с ручной вышивкой… Эти руки могут лишь испортить все дело. Извините, но я ничем не могу вам помочь. До свидания, мисс…
– О'Брайен, – прошептала Мисси. Ей так хотелось надеяться, что миссис Мастерс передумает, но увы – строгая женщина повернулась к ней спиной и стала рассматривать отрезы дорогих тканей, лежащие на подоконнике.
Старый вахтер Фред, отложив в сторону «Вестник ипподромов», с сочувствием посмотрел на Мисси и произнес:
– Ну как? Не взяли? Не расстраивайся, детка, может быть, в следующий раз повезет. Да, кстати, когда будешь проходить мимо парадного, скажи Биллу, что на бегах в «Палисадах» нет коня по кличке Пузырь.
Мисси кивнула головой и вышла на улицу. С неба посыпался мелкий дождик – девушка подняла воротник своего нового пальто и зашлепала по мокрому тротуару, раздумывая, куда пойти теперь.
Она подошла к парадному подъезду, собираясь передать швейцару, что никакой Пузырь в бегах не участвует, но вдруг Билл сам выбежал ей навстречу и закричал:
– Эй, эй! – крикнул он. – А ну-ка пойди сюда!
– Извините, я, наверное, что-то перепутала, – с виноватым видом проговорила Мисси. – Фред говорит, что на бегах в «Палисадах» нет коня по кличке Пузырь…
– Ну и дурак же этот Фред! Не в «Палисадах», а в «Саратоге»! Но я тебя не для этого позвал. Мадам велела поймать тебя. Сдается мне, ты ей понравилась – она хочет тебя видеть. Прямо сейчас.
Не веря своим ушам, Мисси проговорила:
– Видеть меня… Но зачем? Швейцар лукаво подмигнул:
– Откуда же мне знать? Может, она подумала, что ты миллионерша, разгуливающая инкогнито по Нью-Йорку, и решила упросить тебя приобрести всю весеннюю коллекцию готового платья?.. Как бы то ни было, милости просим подняться по парадной лестнице. Проходи в салон – мадам Элиза не любит, когда ее заставляют ждать.
Билл распахнул перед Мисси дверь и провел девушку по красной ковровой дорожке в салон. Мисси осмотрелась: это было просторное помещение с высокими полукруглыми окнами, занавешенными сиреневыми шелковыми шторами. Стены, обитые штофом, мягкие серые ковры, низкие диваны, стулья на витых золоченых ножках, огромные хрустальные люстры – давно уже Мисси не приходилось видеть такую роскошь.
На красной бархатной подушечке у ног мадам Элизы спали два карликовых пуделя.
Сама мадам с царственным видом восседала на высоком, похожем на трон кресле в дальнем углу зала.
– Подойди ко мне, – проговорила она. – Скорее, скорее, детка, у меня мало времени.
Прищурившись, она начала внимательно разглядывать дрожавшую от волнения Мисси.
– Ах, Боже мой, – воскликнула она. – Ну и туфли! Сними их немедленно! Ты же испачкаешь мой ковер.
Мисси сняла туфли и, сжимая их в левой руке, нерешительно сделала несколько шагов по направлению к мадам Элизе.
– А теперь – пальто! – прикрикнула Элиза. – Быстренько снимай пальто.
Девушка сняла пальто и перекинула его через локоть. – Мелоди! – позвала мадам Элиза, и тотчас из боковой двери появилась юная служанка в пурпурном платье и белом накрахмаленном передничке. – Забери у этой девушки пальто и туфли!
– А теперь повернись! – повелела мадам. – Так, так, осанка у тебя хорошая, да и рост в самый раз. Фигурка – тоже ничего… Очень уж ты худая, но и это не страшно… А какая замечательная у тебя шея—длинная, тонкая. Покажи ноги!
Мисси стало не по себе: какая-то незнакомая дама заставляет ее разуваться, раздеваться, показывать ноги, не считая даже своим долгом сообщать, какую работу она хочет ей предложить! Уперев руки в боки, Мисси решительно посмотрела на Элизу и спросила:
– А зачем вам это?
– Что значит «зачем»? – От неожиданности Элиза привстала. – Мне нужно посмотреть, какие у тебя ноги. И что за манеры?! Ты похожа сейчас на базарную торговку, а не на манекенщицу!
– На манекенщицу? – глаза Мисси чуть не вылезли из орбит.
Мадам Элиза нервно топнула ногой.
– Естественно, на манекенщицу! На кого же еще? Чем, по-твоему, я тут занимаюсь? Да знаешь ли ты, что десятки девушек месяцами стоят в очереди, чтобы попасть ко мне на просмотр? А ты тут задаешь всякие дурацкие вопросы. А ну-ка иди ко мне! Покажи личико. Встань на колени возле меня!
Мисси опустилась на колени, и мадам, взяв ее за подбородок, стала поворачивать ее голову из стороны в сторону.
– Какие глаза, – протянула она, – просто самые настоящие фиалки. Мой любимый цвет.
Элиза улыбнулась.
– Да, бывают в жизни сюрпризы, – проговорила она. – Вот уж никак не ожидала встретить возле моего ателье такую красивую девушку. Считай, что тебе повезло– у меня как раз освободилось место манекенщицы. Барбара, моя любимая модель, сбежала на днях с каким-то техасским миллионером. – Элиза глубоко вздохнула. – Ничего не поделаешь: все они рано или поздно убегают с миллионерами – не случайно первые красавицы Нью-Йорка обивают мои пороги. Видишь ли, детка, через неделю будет показ весенней коллекции, а все лучшие платья сшиты как раз на Барбару. Никто не мог преподнести одежду так мастерски, как она. У тебя подходящий рост, подходящая фигура, красивые волосы, выразительные глаза. Я сделаю из тебя настоящую манекенщицу! Мы подгоним платья Барбары под твою фигуру, и на следующей неделе ты будешь демонстрировать мою коллекцию перед нью-йоркским бомондом.
– Но я… я… – пыталась возразить Мисси, – я хочу сказать, что никогда…
– Ничего страшного, – перебила ее мадам Элиза. – Сегодня же начнем занятия. Но сначала – по чашке чаю.
Едва успела она произнести эти слова – в зал вошла Мелоди с большим серебряным подносом. Мадам пригласила Мисси сесть на диван возле ее «трона».
– Будь осторожна с этими крошками, – предупредила она, указывая пальцем на пуделей. – Они иногда кусаются. Больше всего достается мужчинам. О, эти крошки просто терпеть не могут мужчин.
Мисси скромно присела на краешек дивана и взяла чашку.
– Итак, – проговорила мадам, отпивая чай. – Давай познакомимся. Как тебя зовут?
– Мисси, Мисси О'Брайен.
– Как-как? Мисси? Нет, это решительно невозможно! Я отказываюсь иметь дело с манекенщицей по имени Мисси! Ты ведь не какая-нибудь служанка.