Не могу. Сейчас точно не могу. После нескольких месяцев комы мой мозг напоминает перегоревшую лампочку, неспособную выдать даже тусклый свет. Мне только что сообщили, что мой брат считает меня мёртвым, его девушка уверена, что я насильник, а моя собственная девушка наверняка видит во мне монстра. Что он вообще хочет до меня донести?
– Я знаю обо всех твоих играх в шпиона, Стас. О том, на кого ты работал и искал компромат, чтобы отомстить за смерть своей матери. Всё верно? Ничего не упустил? – он поворачивается ко мне лицом и буравит тяжёлым взглядом.
Я молчу. Не в моих правилах сразу сыпаться и признаваться.
– Молчишь? Ладно, тогда говорить буду я, – продолжает он с холодной уверенностью. – Клан не виноват в смерти твоей матери. Все твои шпионские игры были напрасны. Более того, своими действиями ты чуть не развязал кровавую войну в городе. Я даже благодарен Эмме за то, что она вовремя тебя остановила и помешала воплотить твой безумный план.
Я вскидываю голову и смотрю на него исподлобья:
– Откуда тебе известно, что маму убил не Костенко?
Он усмехается снисходительно и горько одновременно – так взрослые улыбаются детям, когда те задают слишком наивные вопросы:
– Я любил вашу с Дэном мать больше жизни. Никогда бы не причинил ей вреда ни ради мести, ни ради денег… ни ради чего-либо ещё на свете.
Его слова медленно проникают в моё сознание вязкой отравой. Я чувствую себя слепцом на минном поле: один неверный шаг – и всё летит к чертям.
– Причём здесь ты?.. —фраза обрывается на полуслове, потому что до меня доходит.
Миронов – успешный чиновник с теневыми схемами и связями во всех эшелонах власти, он всегда на шаг впереди своих оппонентов в правительстве, выигрывает любые тендеры и держит под контролем все ключевые структуры города.
Картинка наконец-то складывается в моей голове.
– Ты и есть Костенко… – выдыхаю я почти беззвучно.
Он медленно подходит ближе и склоняется надо мной, его взгляд ядовит, а лицо обретает устрашающий вид:
– Приятно познакомиться, сынок.
Скинув на меня бомбу, он невозмутимо возвращается на стул и спокойно продолжает.
– Готов дальше вести диалог?
Я уже не слышу его слов, внезапная боль пронзает виски раскалённой иглой. Голова буквально трещит по швам от переизбытка информации. Всё это время я жил иллюзией мести, все мои действия – шпионские игры, взломы систем безопасности, поиски компромата – были бесполезны и бессмысленны. Я рисковал жизнью и здравым смыслом ради призрачного возмездия тому человеку, которого считал виновником смерти матери. Теперь же реальность переворачивается вверх тормашками, мир рушится под ногами подобно хрупкому льду.
Я чувствую себя сброшенным в мешке посреди бескрайнего океана: выбираюсь наружу в отчаянной попытке глотнуть спасительный воздух и понимаю – вокруг лишь вода и утягивающее в бездну дно.
– Когда Дэн появился у нас, я сразу понял: он не для этого мира. – продолжает мой отчим и по совместительству бывший босс – Есть люди, созданные из другого теста – они не способны переступить черту. Твой брат был именно таким. Он отчаянно старался казаться сильнее, чем есть: оттачивал удары в спортзале до кровавых мозолей, стрелял точнее всех моих ребят, но всё это было лишь маской. У него не было главного – его не воспитала улица. Я хотел понять, что заставило парня с таким чистым взглядом добровольно сунуть голову в пасть мафии.
Руслан – или Олег, как я привык его называть – замолкает, позволяя тишине просочиться между нами густой дымкой.
– Так я встретил вашу маму, – уголки его губ едва заметно приподнимаются в горькой усмешке. – Пришёл проверить нового бойца, а нашёл любовь всей своей жизни.
– Мафиози умеют любить? – хмыкаю я с недоверием и сарказмом.
– Как оказалось, ещё как умеют, – отвечает Руслан сухо и жёстко, игнорируя мою иронию.
Я бы никогда не поверил, что такие, как Руслан Костенко, способны по-настоящему любить. Тем более поверить в то, что ради женщины они готовы нарушать правила клана и ставить под удар свою империю. Но я видел его глаза, когда он смотрел на маму. В них было столько света и нежности, будто она стала для него единственным островком посреди бесконечного океана тьмы и крови. Я поверил ему с первой секунды его появления в нашей жизни. В отличие от брата я сразу принял Олега и надеялся, что именно он станет нашим спасением.
Так оно и было. До тех пор, пока…