Бросив на нее последний взгляд, полный тоски, По вышел. Рей стояла, сжав кулаки, готовая вновь отражать нападение, и расслабилась только, когда за Дэмероном закрылась дверь. Девушка опустилась прямо на пол, ощущая, как дрожь сотрясает все тело. Это было уже слишком. Не так она представляла себе расставание с По. А еще из головы никак не шли его слова о том, что те, кому он должен, знают ее как невесту По Дэмерона. Это было совсем некстати. Это было опасно. Рей покачала головой. Она не желала По ничего плохого, искренне надеялась, что он решит вопрос с дурью, не поставит по удар ни себя, ни ее.
Вздохнув, Рей сделала себе кофе, постояла немного глядя в окно, неприятный осадок после разговора с Дэмероном, его обвинения, его злые слова заставляли морщиться, чувствуя себя неуютно. А еще не в безопасности в собственной квартире, куда запросто могу нагрянуть кредиторы Дэмерона. Это были лишние мысли, они заставляли чувствовать себя уязвимой, во власти страха, который мешал мыслить. А ей нужна была ясная голова. Рей прикрыла глаза, глубоко вздохнула и взялась за работу, надеясь отвлечься.
_____________________________________________________________
1. Дерьмо! (исп.)
========== 13. ==========
Комментарий к 13.
Визуал: https://ibb.co/QDVjKJB
Восемь лет назад
- Ты не могла бы приехать сегодня к пяти? – голос сестры в телефонной трубке был непривычно тихим и каким-то растерянным.
Рей поморщилась. Она вообще не собиралась сегодня к родителям, она предвкушала тихий вечер с Беном, хороший фильм, вкусный ужин в конце тяжелой недели, но никак не один из тех визитов вежливости в отчий дом, что становились все реже.
- Это срочно? – попыталась сопротивляться Рей и, тут же, устыдившись собственной черствости, спросила, - что-то случилось?
- Да, - ответила Кира.
- Что? – легкая тревога мурашками пробежалась по коже.
- Слушай, это, - Кира внезапно замялась, - Рей, это все так странно. Короче, это не телефонный разговор. Просто приезжай, пожалуйста.
Рей нахмурилась, для сестры несвойственно было нагнетать тайну, она всегда четко, со свойственной ей прямотой говорила, чего хочет. А тут вдруг юлила, и это заставляло Рей тревожиться.
- Ну хорошо, - произнесла девушка, - но ненадолго.
- Спасибо, - тихо произнесла сестра, - до встречи.
А это было уже вообще из рук вон. Ни тебе упреков, что редко приезжает, не ревности к Бену и жизни с ним. Это тихое «спасибо» было по-настоящему страшно. Написав Бену сообщение о том, что задержится, ожидаемо, не получив быстрый ответ, Рей поспешила к автобусной остановке.
Конечно, к пяти она не успела, но сестра телефон не обрывала, из чего Рей заключила, что ее опоздание не критично.
Она подошла к дому родителей да так и застыла с открытым ртом, уставившись на припаркованный рядом с домом Кадиллак, потрясающий, черный, с затененными стеклами задних сидений, блестящий зверь, за рулем которого скучал молодой парень в строгом деловом костюме, который стоил, наверное, как их с Беном квартира. Это было какое-то странное видение, сродни галлюцинации, Рей часто-часто заморгала, ожидая, что Кадиллак сейчас исчезнет, ведь что такая тачка делает в Лемон Гров? Да еще и рядом с их домом!
- Ой, Рей! Ты видала? – ее подергал за руку соседский мальчишка и, не дождавшись ответа, умчался к друзьям, которые кружили вокруг машины, то приближаясь, то с хихиканьем отбегая подальше, кто-то даже рискнул прикоснуться к блестящему боку, а потом с визгом побежал к друзьям. Водитель оставался невозмутим.
Рей обошла Кадиллак, направилась к дому, на пороге обернулась еще раз, - машина невольно притягивала взгляд, и вошла в дом, открыв дверь своим ключом. Она пошла на голоса, что доносились из гостиной, и остановилась на пороге, во все глаза глядя на необычного гостя, что сидел в продавленном кресле, такой чужеродный на фоне убогой обстановки их дома. Уже немолодой, но подтянутый мужчина, в джинсах, футболке и пиджаке, в туфлях, начищенных так, что они блестели на солнце, ни единой пылинки на обуви, как у человека, который не привык ходить пешком, серые глаза за стеклами очков, рассматривали Рей пристально, оценивающе, скользнули по ее фигуре вверх и вниз, губы растянулись в легкой, вежливой улыбке.
- Добрый вечер, - растеряно произнесла Рей, переводя взгляд на остальных.
Кира сидела напротив мужчины на диване, сложив руки на коленях, как примерная девочка, мать и Ункар расположились на стульях, у Глэдис на губах играла льстивая улыбка, отчим хмурился, качал головой и бормотал себе что-то под нос. В гостиной повисло напряжение, причины которого Рей не понимала, и от этого было сильно не по себе.
- А вот и она! – мать поднялась девушке навстречу, - наша дорогая Рей!
Она подошла, раскрыв объятия, крепко обняла дочь, заставив ту вздрогнуть от непривычной ласки, мать чмокнула девушку в щеку, оставив след от помады и, ненатурально смеясь, стала стирать его.
- Наша гордость, наша умница!
Рей стояла, совершенно ошалев, не делая попытки ни отстраниться, ни обнять в ответ.
- Что же ты, милая, проходи, это все еще твой дом. Хоть ты и так редко к нам приходишь в последнее время, - сокрушенно покачала головой мать.
Она играла на публику, устраивала один из тех спектаклей, которые так любила. Рей прошла в комнату и села рядом с Кирой, бросила на сестру вопросительный взгляд, но та смотрела только на их необычного гостя.
- Рей, позволь представить тебе – мистер Шив Палпатин, ваш с Кирой дедушка.
Слова повисли в воздухе, Рей продолжила сидеть неподвижно, сначала даже не осознав, что сказала мать, а когда поняла, резко развернулась к Глэдис.
- Что?
Улыбка матери увяла, в глазах появился знакомый огонек недовольства, но Рей сейчас не было до этого никакого дела, она пыталась понять, как относится к неожиданной новости, к неожиданному знакомству. Мать поджала губы, желая рявкнуть на нерадивую дочь, но сорваться в присутствии гостя, которому явно хотела понравиться, она не смела.
- Отец вашего отца, моего дорогого Шона, - мать печально вздохнула.
Рей стиснула зубы. Как же она ненавидела эту игру на публику, эти фальшивые вздохи. И она вообще-то не должна никому нравиться, поэтому Рей, бросив снова взгляд на непривычно молчаливую сестру, встретилась взглядом с гостем.
- И что же вы хотите, мистер Палпатин?
- Видишь ли, Рей, - произнес мужчина, а девушка отметила, что у него приятный голос, - я уже немолод, одинок, и мне бы хотелось, чтобы рядом со мной в конце моей жизни были родные мне люди. Шон ушел из дома давно, по велению, - взгляд Палпатина скользнул по Глэдис, в нем мелькнула едва заметная брезгливость, но тут же пропала. И Рей невольно восхитилась его умением держать себя в руках, - сердца, я могу это понять. Мы несколько лет не общались, потом он погиб, а я и знать не хотел о том, что он оставил после себя.
Рей вздрогнула от этого «что», мужчина сразу обозначил их с Кирой статус, это было неприятно.
- Но прошли годы, и я понял, что по-прежнему одинок, и старые ссоры и обиды не должны стоять между мной и родными мне людьми, между мной и вами, потому что вы с Кирой единственные родные мне люди.
Рей вскинула бровь, поджала губы.
- Это все, конечно, замечательно, - произнесла сухо и не очень дружелюбно, отмахиваясь от сестры, которая предупреждающе сжала ее руку, - но я так и не услышала ответа на свой вопрос: что вы хотите?
- Рей! – злобно воскликнула мать, но тут же замолчала, стоило Палпатину вскинуть руку.
Он, казалось, не злился, смотрел на Рей с интересом, чуть склонив голову, на губах его все так же играла легкая улыбка.
- Я очень богатый человек, моя девочка, - вкрадчиво произнес Палпатин, - мне принадлежит газета The San Diego Time и еще кое-что по мелочи. И все это может стать вашим, твоим и Киры, - он скользнул взглядом по ее сестре, - потому что вы моя кровь. Я хочу дать вам то, чего вы были лишены здесь, - он обвел взглядом гостиную, тут уж не скрывая своего пренебрежения, намеренно выказывая его, - дом, образование, деньги на всякие побрякушки, это даже и упоминать не стоит.