- О! – в поле ее зрения появилось небритое мужское лицо, - какая, однако, ты красотка! Повезло Дэмерону.
Сальный взгляд прошелся по ее телу, заставляя Рей задохнуться от накатившей волны паники и отвращения. Колкий страх пробежал по телу, делая его ватным, неспособным к сопротивлению, мозг отчаянно искал пути к спасению, и не находил их. Рей оцепенела на мгновение, в висках стучала кровь.
- Дэмерона здесь нет, - девушка старалась говорить твердо, хотя голос сорвался почти сразу, воздуха отчаянно не хватало.
- Думаю, детка, он нам и не нужен, - хмыкнул мужчина, двигаясь прямо на нее, - боюсь, он даже будет лишним.
Рей попятилась к двери, намереваясь выскочить из квартиры. Позади раздался сухой щелчок закрывающегося замка, прозвучавший подобно пистолетному выстрелу, обрывающий все ее надежды.
Пути к спасению не было.
========== 16. ==========
Комментарий к 16.
Глава небольшая, морально тяжелая. К чему все идет, было понятно, на мой взгляд, еще в конце главы предыдущей. Увы, сказок в жизни очень мало. Единственное, что могу сказать, в настоящем это самое дно, дальше понемногу мы начнем выплывать к свету.
Включаем Evanescence - Going Under и тонем вместе с Рей.
Визуал: https://ibb.co/ZHscfV7
https://ibb.co/kB4HXvQ
Ее уплывающее сознание пыталось одновременно абстрагироваться от нестерпимой боли, что пронзала все тело и забыть то, что случилось. Но именно эта боль и не давала забыть. Истерзанное, изломанное тело так и лежало на полу в крови, синяках и ссадинах, - Рей была не в силах подняться. И каждый раз, когда уплывала в блаженное забытье, яркая вспышка боли возвращала ее в реальность.
В ту реальность, где она билась и кричала, визжала, пытаясь вырваться из грубых рук, в ту реальность, где ее бесцеремонно тащили в глубь квартиры, которая перестала быть ее крепостью, в ту реальность, где каждая ее попытка сопротивления оборачивалась болью и унижением. Она сопротивлялась так долго, как могла, пока у тела были силы отбиваться, пока разум еще был ясным, хотя, если бы она с первых минут потеряла сознание, просто свалилась бы в обморок от первого удара по лицу, то это было бы милосерднее. Но Рей помнила все, каждый удар, каждый толчок, укус и царапину, каждое слово, смех.
- И передай Дэмерону, что должок-то все равно не оплачен, - хмыкнул один из них, не спеша застегивая джинсы, - и если он еще промедлит, то мы вернемся снова, - грубая рука потрепала ее по щеке.
Рей даже не дернулась, только обреченно закрыла глаза.
Она уплывала в темноту. Но это «снова» заставило ее вздрогнуть всем телом, а потом застонать от новой вспышки боли.
Снова, снова, снова.
Она, наконец, собралась с силами и открыла глаза. Вокруг было темно, значит, не так уж и долго провалялась она на полу. Рей перевернулась на живот, задышала часто-часто, чувствуя, как болят ребра, переждала тошноту. Оскальзываясь на собственной крови, поднялась сначала на локти, потом на четвереньки и снова замерла, сглотнула едкую желчь, что скопилась во рту, а потом ее вырвало. Трясясь и захлебываясь судорожными рыданиями, что сдавили горло, девушка, наконец, сумела подняться.
Голова кружилась, стены комнаты грозили упасть на нее. Стиснув зубы, Рей сделала шаг, и еще. Буквально упала вперед, едва успела удержаться, схватившись за косяк, снова остановилась, пережидая боль и слабость.
Она дошла до ванны, долго стояла, опустив глаза, увлеченно рассматривая подол своего некогда белого платья, который теперь щедро покрывали пятна крови, спермы и блевотины. Наконец, решилась и посмотрела в зеркало: разбитые губы, ссадина на скуле и наливающийся багрянцем синяк на виске, на шее синяки от пальцев, царапины на ключицах и укусы на плечах, руки в синяках, бедра в потеках крови и спермы, а колени и голени все в ссадинах. Ее снова затошнило, вырвало, низ живота скрутило спазмом столь болезненным, что потемнело в глазах. Рей сжала руку в кулак, ногти впились в кожу ладони, добавляя еще капельку боли, возвращая девушку в реальность. Она не упадет в обморок. Нет!
Рей наполнила ванну, кое-как стянула платье и ошметки белья, с трудом забралась в воду, зашипела, когда защипало ссадины и раны. Вода лилась и лилась, а Рей, обхватив голени руками, с поразительным равнодушием разглядывала, как вода вокруг постепенно окрашивается в едва заметный розовый цвет. В квартире царила тишина, больше не казавшаяся безопасной. Казалось, что ее мучители сейчас вернутся. Рей вздрагивала от малейшего шороха.
…вернемся снова…
Снова, снова, снова.
Она не знала, сколько просидела так, глядя в одну точку, из оцепенения ее вывел резкий звонок телефона. Мелодия лилась, лилась, настойчивая и резкая. Рей удивлением поняла, что вода в ванной уже остыла. С усилием передвигая в пространстве онемевшее тело, девушка завернулась в халат, отыскала разрывающийся телефон.
- Рей! Золотко! – энергии в голосе Фазмы в столь поздний ночной час можно было позавидовать, - ты не спишь? Слушай, мы тут с Кайди…
Рей не вслушивалась, она стояла посреди разгромленной комнаты, отрешенно разглядывала пятна крови и блевотины на полу и слушала голос подруги, но не слышала ни единого слова. В голове было пусто.
- Рей? – наконец, остановилась Фаз, словно что-то почувствовала, - ты там? Золотко? Я, конечно, слишком поздно звоню, я знаю.
Рей не откликнулась, просто продолжала слушать звуки другой жизни без боли и страха.
- Рей? – в голосе подруги прорезались нотки беспокойства, - ты где? Дома? У деда? У тебя же сегодня этот дурацкий ужин. Как все прошло?
- Я дома, - медленно произнесла Рей, стараясь не сорваться на крик, - дома.
- Что случилось? – напряженно спросила Фазма.
Что случилось? Как сказать ей? Что случилось.
Понимаешь, Фазма, меня оттрахали и избили три мужика за долги ублюдка-Дэмерона, а вы ведь с Кайди меня предупреждали. Но, на самом деле, виноват даже не По, а Рен, который так славно его подставил, не задумываясь о последствиях. Впрочем, он так горит жаждой мести мне, что, возможно, и задумывался. Быть может, это как раз его далеко идущий план. А еще они обещали вернуться снова.
Снова.
Снова, снова, снова.
Рей молчала. Произнести это было немыслимо.
- Фазма, - произнесла Рей, - Фаз…мне…плохо.
- Я сейчас приеду, - тут же отозвалась подруга.
***
Кайдел поставила на столик рядом с Рей чашку с чаем.
- Золотко, тебе следует что-нибудь съесть.
- Спасибо, Кай, - ровным тоном ответила Рей, - я не голодна.
Подруга только вздохнула, грустно посмотрела на Рей и ушла на кухню, где яростно загромыхала чем-то. Фазма в коридоре что-то громко выясняла по телефону, перемежая речь матерками. Подруги примчались той ночью вдвоем. И с тех пор ни разу еще не оставили Рей одну, в течение этих трех дней рядом с девушкой всегда был кто-то из них.
Пока Фазма орала и материлась, Кайдел держала Рей за руку, гладила по голове и обнимала.
Гвендолин развила бурную деятельность, заявив, что просто так это не оставит, что не спустит такое ни этим ублюдкам, ни Рену, ни Дэмерону. Рей лишь пожала плечами. Ей было все равно. Она плохо спала, мало ела и старалась ни о чем не думать. Синяки постепенно расцвели всеми цветами радуги, бледнея по краям, ссадины затянулись, боль исчезла, но оцепенение и равнодушие никуда не делись, заставляя Рей подолгу смотреть в одну точку, погружаясь в свои невеселые мысли.
Кайдел ненавязчиво приносила ей то чай, то бульон, деликатно напоминала о посещении ванны и укладывала волосы. Фазма тормошила, злилась и рассказывала о том, как ей удалось продвинуться в поисках тех трех ублюдков, обещала, что она отомстит, говорила о том, что она не последний человек в Лемон Гров. Пару раз звонила Кира, и Рей нашла в себе силы, как можно более, непринужденно поговорить с сестрой, солгала, что заболела. Ту же версию она озвучила недовольному мистеру Аполину. Что подумает Сноук, было интересно, но не первостепенно. А, впрочем, и не интересно.