Отец снова куда-то ушел. Почему-то в такой важный праздник для нашей семьи мы все разбрелись по дому.
– Лимон и белый шоколад? – Удивляюсь я.
– А ты попробуй.
Компаньон папы подносит к моему рту кусочек лимона, посыпанный мелкой стружкой шоколадки.
– Спасибо. Я сама.
Кормиться с чужих рук – это слишком. Я перехватываю кусочек и ем сама. Мужчина прав, вкусно. Берн пожимает плечами, с улыбкой возвращается к костру.
Делаю еще глоток и наблюдаю за ним. Не скажешь, что Берн офисный планктон. У него идеальные пропорции лица, насколько мне позволил разглядеть алкоголь. Он сошел бы за модель с обложки GQ. Того, кто учит на страницах журнала осваивать искусство быть мужчиной.
Я улыбаюсь ему, когда он пялится. В ответ Берн поднимает ладонь вверх. Если он директор нового филиала в юридической фирме, часть которой принадлежит отцу, то мы будем видеться чаще. Мужчина еще пару минут наблюдает за мной, а я за ним. Он не приглашает меня в круг своих коллег, поэтому я остаюсь сидеть за столиком у края террасы. Берн опускает глаза к телефону, и тут вихрем кружатся мысли о незнакомце.
Щеки вспыхивают. Неужели Берн может быть тем самым психом? Либо это говорит моя шиза, либо вино. Я ставлю на последнее. Шлю дрожь куда подальше и немного трясущимися пальцами тычу в экран, набирая:
«Это ты?»
Давай же! Не тяни! Берн вновь поднимает взгляд и очаровывает своей улыбкой. У меня нехорошее предчувствие, когда мужчина поднимается и, кажется, прощается со своими «друзьями».
«Срочно домой!», – торопит собственный голос.
У меня начинается горячка. Тревожность растет в геометрической прогрессии, пока я спешу к выходу. Я чувствую опасность рядом с Берном. Интуиция меня никогда не подводила. Поэтому я босиком бегу по холодному полу без оглядки с телефоном и каблуками в руках.
– Стивен, ты подъехал? – Шепчу я, слыша позади ускоряющиеся шаги.
Если я не потороплюсь, Берн настигнет меня.
– Да, жду у входа. Тебя встретить?
– Пожалуйста. – Прошу охранника отца и по совместительству на сегодняшний день водителя нашей семьи о помощи.
Папа дал Стиву в честь бейби мероприятия небольшой выходной и сказал, что в охране нет необходимости. Я чувствую обжигающую боль в ногах, продолжая бежать. Уже вижу выход, а значит нет необходимости общаться с Берном.
– Стейси, – тошнит от масленого голоса, следующего по пятам.
Не отвечаю, выбегаю на улицу и падаю в объятия Стива. Я беру его крупную ладонь в свою, веду к машине.
– Что-то случилось?
– Нет, поехали. – Бросаю, огибая автомобиль.
Сажусь на переднее сидение и поторапливаю располневшего охранника. Стив стал такой неповоротливый, мягкотелый, что приходится подгонять. Я сползаю ниже по сидению, когда входная дверь дома Линдси открывается. Берн вышел на охоту.
– Стив, поехали!
Мужчина выполняет указание. Я ликую, стоит Берну пропасть с моих глаз. Меня не заботит, что он подумает. Он звал, а я не откликалась? Была в наушниках. Хорошее оправдание.
Дыхание приходит в норму, я опускаю спинку сидения и сворачиваюсь калачиком. Подозрительный взгляд Стивена не действует на меня. Я не хочу объяснять произошедшее. Мечтаю только оказаться в своей теплой постели.
Вино приносит небывалую легкость, и я сама не замечаю, как засыпаю. Мне снится сон. Я в чьих-то объятиях, его руки – самое безопасное место на свете. Сама не понимаю, почему мне так важно это чувство.
– Стейси, приехали.
Я неспеша открываю глаза, привыкая к свету в салоне машины.
– Проводишь меня до комнаты?
– Конечно.
Охранник помогает мне выбраться из машины и провожает до спальни. По дороге я выясняю, что отец и Сара еще не торопятся приезжать. Я благодарю Стивена и запираю дверь. Чувство легкости и сонливости дарит блаженное состояние.
– Ай, – в темноте я спотыкаюсь о коробку.
Нахожу выключатель. Свет заполняет комнату. Я гляжу на небольшую по размерам черную коробку под ногами и пакеты в углы комнаты. Пакеты доставил сегодня Стивен, в них мои новые наряды, которые подарила щедрая душа Роуздейл.
А коробка… Я не припомню, чтобы похожая была у Мэделин. Мы ее точно не упаковывали и тем более не передавали охраннику.
– Бред какой-то. – Шепчу, присаживаясь на колени перед чем-то неизвестным.
Под коробкой обнаруживаю записку. Каллиграфический почерк. Аккуратными буквами с ровным наклоном черными чернилами выведено:
«Надеюсь, тебе понравится, Стейс»
Псих? Этот подарок от него? Я не уверена до конца, что это Берн. Хочется верить, что это не он мой тайный воздыхатель.
Непроизвольно улыбаюсь и, как ребенок, тянусь к бордовой ленточке, повязанной на углу. Но замираю. Я ощущаю духоту, поднимаюсь, подхожу к окну и приглашаю холодный воздух остудить мое учащенное дыхание.