Я наклоняюсь, чтобы поднять с пола окровавленный платок, которым мужчина зажимал нос. И передаю ему.
– Еще увидимся. Жарких сновидений. – Произносит он, удаляясь.
Стали нотки в голосе злодея разносятся в каждый угол просторной гостиной нашего дома. От меня не ускользает его взгляд. Зверь голоден?
– Не стоит. Это была наша последняя встреча.
– Еще не полночь.
– Серьезно?
– Да.
Улыбка. Этой дурацкой улыбке никто не давал права появляться.
– Ты не скажешь, как тебя зовут?
Он разводит руки и проговаривает:
– Меня никто не зовет, моя девочка. Я прихожу сам. К кому и когда захочу. – Следует уверенный и властный тон.
Хорошо. Как скажешь, Никто. Теперь я буду звать его так.
Ухожу в свою комнату, не убеждаясь убрался ли мужчина из моего дома. Запираю комнату на замок, позволяю кимоно спасть на пол. Переступаю через ткань и забираюсь в кровать, утопая в мягких простынях.
Сон не длится долго. Слышится звонок. Я потираю глаза, пытаясь хоть немного проснуться. Мне так хорошо спалось. Какой идиот решил поболтать ночью? Черт, я забыла смыть макияж! Ладно, с этим разберемся потом.
На экране высвечиваются две буквы: «ПП». Этой аббревиатурой я обозначила номер пропускного пункта.
– Да? – зевая, отвечаю.
– Стейси, к вам приехал молодой человек. Берн, коллега вашего отца.
– Что ему нужно?
Я не жду гостей. Тем более таких неприятных, как Берн. На языке по-прежнему горечь отвращения после той первой и последней нашей встречи.
– Привез документы.
– Но папа меня не предупреждал. – Я вздыхаю, пытаясь принять решение. – Хорошо. Пусть пройдет.
Я смотрю на часы. Три ночи. Берн сдурел?
***
– Привет.
– Привет.
Я смотрю на мужчину. Ну, и чего он ждет?
– Ты привез документы?
– Даа, – навеселе тянет Берн.
У них закончилось какое-то совещание? Почему он в деловом костюме? Меня настораживает, что у работника отца ничего нет в руках. Берн точно привез документы?
– Давай. – Я протягиваю ладонь и стараюсь не брать во внимание тот факт, что переписывалась с Берном.
Веду себя непринужденно, скажем так. Я зеваю, но не извиняюсь. Может, так он поймет что пора поторопиться? Его задница в такое время в моем доме весьма некстати.
– Берн? – зову я. – Что-то не так?
Куда он смотрит? Позади меня никого. Или его так привлекла картина, которую Сара привезла из Италии?
– Эй? – Я щелкаю перед его носом, теряя терпение.
Три ночи. Он приехал с какими-то документами. Почему я должна просыпаться из-за недоумка, который под тридцать лет не догадался завезти их завтра?
– А, ты одна дома?
Я потираю лоб. ГДЕ ДОКУМЕНТЫ?
– У меня девичник с подругой. Она ждет меня наверху.
В экстренных ситуациях мой мозг соображает хорошо. Особенно, если дело не касается того, кто нравится. А Берн мне не то, что не нравится, меня тошнит от парня. Он отталкивающий во всем! Начиная с внешности. Противная ухмылка, прищур глаз, которым мужик без капли совести говорит «трахну дочку начальника», идиотская прическа с челкой, ушки как у сервала – дикой кошки из Африки. И заканчивая странным поведением.
– Я заеду завтра.
– Нет. – Отрицаю, когда он ставит меня перед фактом. – Если только оставишь бумаги у охраны. Не более. До свидания, Берн. И не присылайте больше сообщений.
– Стейси, – смеются он, не желая выметаться.
Я смотрю в болотные глаза, отказываясь верить всему происходящему. Работник отца сопротивляется, когда я толкаю его в грудь, упрашивая покинуть дом. Приходится пригрозить охраной. Только это и срабатывает. Берн оказывается за порогом, а я немедля хлопаю дверью и ничуть не сожалею о содеянном. Надо было ему вообще нос прищемить! Как тому психу, которому я его подкорректировала. Даже, если у сероглазки будет перелом, а не ушиб – знать будет.
Берн вызывает у меня омерзительный холод по телу. Когда мужик касается меня ручонками, хочется отскочить в сторону и заорать: «Спасите, помогите»! Боюсь ли Берна? Нет. Просто он максимально мне неприятен.
Предпочитаю забыть об инциденте и двигаться дальше. Если мужчина продолжит доставать, я сообщу отцу. Думаю, ему не захочется терять место в фирме, и он вовремя одумается.
Я выключаю свет в коридоре и прохожу на кухню. Во сне горло пересохло. Двигаюсь все также в темноте. Не люблю, когда глаза слепит.
– Какого ты здесь делаешь? – замираю у порога.
Незнакомец не планирует покидать наш дом?
Почему бы тебе просто не выгнать его? Чего, Рейвен, ждешь?
Мои глаза сталкиваются с силуэтом, сидящим на стуле и разрезающим стейк. Лунный свет освещает столешницу. Я медленно обхожу стол, прикасаясь к мягким обивкам барных кресел. Мужчина следит за мной, от него не ускользают детали.