– Анна, милая. Как долго я вас ждала, – цепляюсь за руку стюардессы, как за спасательный круг, когда она проходит мимо.
– Да, Стейси. – Ее пухлые красные губы оказываются на уровне моих.
– Принеси выпить.
Я вытаскиваю из сумочки волшебную карточку отца. Она исполняет все желания.
– Конечно, мисс Рейвен. Воду? Есть газированная, негазированная. Сок? Яблочный, апельсиновый, ба…
– Анна. Покрепче чего-нибудь.
– Мисс Рейвен…
– Просто Стейси.
Раздражающий формализм ни к чему.
– Стейси, у нас на борту не принято…
– Правда? – усмехаюсь, слыша чушь. – Почему тогда мужчина передо мной лакает чуть ли не вторую бутылку?
Не тот случай, где буду утруждать себя подбирать выражение. Я пьяна, капризна и никому не нужна.
– Вам нет восемнадцати.
Под моим настойчивым взглядом, нетерпящим «нет, она шепчет:
– Извините, мне нужно уточнить этот вопрос.
Если бы я была трезва, то не вела бы себя подобным образом. У меня, как будто крылья прорезались от злости на Дея, отца, Сару, Кайдена с его девкой, требований родителей. Больше не хочу зажиматься. Хочу брать свое. И, если прошу выпить, то оно у меня будет.
Сегодняшняя ситуация с тем, как меня не пускали на рейс и отправляли высыпаться, решилась же в мою пользу. Почему появления напитка в моей руке не решится?
Один раз распробовав вседозволенность, всегда хочется добавки.
Сегодня я чувствуя себя так, словно попала к самому Богу на руки. И этот Бог сделает для меня все. Он не ослабит хватку, не бросит. Я принадлежу ему – мне до дьявола нравится это чувство. Будь проклята моя слабость, если я буду вечно счастливой в его власти.
Анна возвращается с подносом, на которой стоит бутылка и бокал. Я веселею на глазах! Точно на руках у Бога сегодня! Он сполна балует меня.
– Дали добро.
– Кто? – удивляюсь я.
Девушка мешкается. Она делает вид, что сильно озабочена вскрытием бутылки. Не отвечает. Анна наливает шампанское в бокал. Мне точно будет плохо этой ночью. Парень в баре дозировал выпитое мной, поил чаем, чтобы я не сильно захмелела. Это не особо помогло. Но страшнее было бы, если бы все эти люди не заботились обо мне.
Уже не важно с кем говорила стюардесса, у кого спрашивала разрешение. Алкоголь просачивается в горло – цель достигнута. За час я здорово кидаюсь. В голове такой дурман, что не по себе становится. Анна находится поблизости. Она и провожает меня на улицу, когда мы прилетаем. Вроде, нельзя же так делать стюардессам? Девушка покидает рабочее место из-за меня? Надеюсь, у нее не будет проблем. Она такая душка!
– Ты лучшая! – кричу я на свежем воздухе.
Почему Анна так тепло одето? Какое-то пальто. Я смотрю на себя раздетую. В одном платье. А где моя куртка? Я точно была в кедах, а не туфлях? Вот это кисель в голове.
– Мне пора. Пока.
– Я скоро снова полечу в Онтарио. Побрею налысо эту суку! Как ее? – Надо же, я забыла как зовут… Ну эту… Дьявол, как же ее… ААА
– Пойдем. – Кто-то легким движением руки прикасается к моей талии и подхватывает на руки.
Перед глазами все плывет. Как будто стекло запотело.
Тот, у кого я на руках, очень большой. Сильный, раз смог поднять меня. От него веет обжигающим теплом. А еще он целует меня в лоб губами. Горячие. Кажется, на улице холодно. Наверное, проклятый алкоголь отключил эти… Эмоции, кажется.
Анна растворяется где-то в дали. Наконец смотрю в лицо мужчине. Я трогаю его брови. Кажутся, густыми, потому что волос много. Рот не сильно большой. Глаза. Я хочу видеть эти глаза. Отдаленно он напоминает Кайдена.
– Нет. – Смеюсь я, уткнувшись в шею мужчины.
– Что «нет»?
– Ты не можешь быть одним моим знакомым. – Снова мое глупое хи-хи.
– Стейс, щекотно.
Я отрываюсь от его кожи и пытаюсь рассмотреть глаза. Предательское сердце хочет, чтобы они были серые. Чтобы он был тем знакомым омутом.
– Кайден?
– Вот так, – он открывает дверь уже родного для меня внедорожника и помогает сесть внутрь.
Откидываюсь на кресло. Я чувствую витающий запах Ригхана – что-то хвойное, пикантное и одновременно мягкое. По коже мурашки, когда в нос проникают нотки Кайда. Пряный прямолинейный и властный аромат, как и качества его хозяина. Божественное сочетание, от которого ноги подкашиваются. А крышу сносит так, что будешь искать ее до конца жизни. Но так и не найдешь.
Я поворачиваю к мужчине, когда он закрывает дверь, заводит машину и убавляют заигравшее радио.
– Почему ты здесь?
– Ты в моей машине, Стейс. – Красивая улыбка. Я вижу ее даже нечетким зрением. До сих пор все плывет. Наверное, когда просплюсь, приду в норму.
– Кайден, – неожиданно для самой себя ласково зову Ригхана.