Все внутри замирает от слов Ригхана. Он говорит о прошлом так просто, будто оно уже давно не трогает его.
– А теперь я имею все. Фирму отца, счета всей семьи. Я отыгрался, Стейс. Я отыгрался… Видишь, как бывает? – Шепчет Кайден, крепче прижимая к себе.
В один день ты самый слабый, просто один из множества вариантов на скамье запасных. Но пройдет время, все обязательно изменится. И ты будешь самым влиятельным игроком на поле «Жизнь». Тем, у кого сама судьба спрашивает разрешение, прежде чем сделать тот или иной ход.
– Как тебе живется с такой властью?
У меня был бы мандраж. Ригхан управляет буквально всем. Международной юридической фирмой, сотрудниками, своей семьей и еще много чем, о чем я, наверное, даже не догадываюсь.
– Обычно.
Я прищуриваюсь, подозревая о его вранье.
– Стейс, правда. Живу, как и обычный человек.
– То есть никакой тревоги? Просто спокойствие?
– Да.
– А тебе не страшно все потерять?
– Смысл тревожиться за то, что не произошло? Даже, если потеряю, я знаю, как добиться того, что было. Я делал это неоднократно. Успех – это формула. Если ты однажды пришел к желаемому, то у тебя уже есть знание. Добиваться этого снова и снова – уже легко.
– Прямо-таки легко? – Передразниваю его я.
– Намного легче, чем начинать с самого нуля.
Пока Кайден готовит стейк, он рассказывает о разных вещах. О том, как учился в академии Ларсон. Мы обсуждаем противных учителей и на удивление сходимся во взглядах. Я рассказываю мужчине про свою команду по теннису в Онтарио.
– Почему не записалась здесь?
– Хотела. Но все не дошла как-то. – Мне стыдно признаваться в этом.
– Не передумала поступать на архитектора?
– Откуда ты… Мэд! – догадываюсь я.
– Твоя подружка очень болтливая. Думаю, она однажды все же научится держать язык за зубами. Рон ей поможет в этом.
– Да и да. Вообще я очень сомневаюсь, что архитектура – это то, чему я готова посвятить всю жизнь.
До этого я никому об этом не говорила. Как вообще можно определиться в семнадцать лет с выбором профессии? Я часто распылялась и скакала от выбора одной специальности к другой. Словно хотела объять необъятное. Остановиться на чем-то одном было весьма сложно.
– Ты можешь попробовать себя в этом. Если не понравится, выбрать что-то другое. Я не вижу в этом проблемы, Стейс.
– Но тратить столько лет на то, в чем потом не будет надобности…
– Освой курсы, попрактикуйся. А потом…
– Если поймешь, что твое, поступи в университет?
– Именно! Стейк с кровью для Стейс Рейвен. – Аппетитный горячий кусочек появляется прямо передо мной.
– Приятного аппетита, – желаю я, когда Ригхан садится напротив. – М, ты добавил ореховую приправу?
– Да. У тебя же нет аллергии? – Застывает с вилкой в воздухе Кайден, бегло изучая мое лицо.
Он может расслабиться.
– Нет.
– Ты напугала меня, – выдыхает он. – Думаю, мне тоже на тебя нужно досье.
– Обязательно. У тебя впереди много лет на его составление. – Подмигиваю я.
После ужина мы поднимается в мою комнату, запираем дверь и спустя тысячи поцелуев, от которых у меня уже немеют губы, я начинаю разговор на тему, которая беспокоит уже много лет.
– Расскажи мне историю о нас. Знаешь, мама в детстве рассказывала на ночь сказку. Она была о принце, спасшем меня. И его звали…
– Кайден Ригхан, – заканчивает мужчина.
Я ближе прижимаюсь к голой груди психа и вожу пальцев вокруг его сосков.
– Ты могла бы узнать об этом раньше. Из досье.
Он сейчас серьезно? Значит сказка мамы все же оказалась невыдуманной.
– Тебе исполнилось шесть, мне было тринадцать. Наши мамы общались, когда я с семьей еще жил в Онтарио. В один из дней мы поехали вчетвером в пляжный городок Гранд-Бенд.
– А где был Зак?
– С Мией, своей матерью. Мои родители рано развелись.
Я продолжаю слушать, рассматривая свою комнату, погрузившуюся в объятия ночи, и слушая стук сердца Кайдена. Получился идеальный момент для откровений.
– Ты прыгала по гладким розовым скалам, наполовину погруженным в озеро Гурон. Пока наши мамы занимались палатками, за тобой смотрел я.
Воображение рисует ярко-желтый закат, маленькую меня у воды и вдалеке наблюдающего Кайдена. Я не помню всего того, что говорит Ригхан. У меня мало воспоминаний из детства. Даже не знаю, нормально ли это. Наверное, все дети помнят что-то урывками. Я, например, сомневаюсь во многом из того, что помню. Мне кажется, что большая часть была реалистичным сном, не связанным с реальностью.
– В сообщении. Помнишь, ты писал мне про то, что я ненавижу таких, как ты.