– Ну ты даешь, Федя! Мог бы как-то поддержать ее!
– А я что делал?
– Ты? – Тася фыркнула. – Воспитывал. Придирался. Как угодно это можно назвать, но только не поддержкой. Мила старается изо всех сил, а Анжела ее даже не замечает.
– И что я должен сделать? Попросить для нее главную роль?!
На секунду за столиком воцарилась тишина. А потом Тася хлопнула ладонью по столу:
– Отличная идея!
– А что? – сказал Ренат. – Она все-таки твоя девушка!
И вот теперь Тася и Ренат гуляли по Плотинке, а ему предстоял разговор с Анжелой. Нет, он, конечно, ни о чем таком не будет просить. Наверняка Миле это не понравилось бы. Он вспомнил, как тогда, в пиццерии, ее взгляд свернулся, спрятался внутрь, как она расправляла плечи, пробираясь к выходу, а они все опускались вниз под тяжестью ее папки-рюкзака. Он обидел ее, наверное. Но, вообще-то, она сама выбрала обижаться! Могла воспринять его слова как конструктивную критику!
Он завис посреди лестницы, а потом повернул назад. Нет, не станет он говорить с Анжелой. Мила взрослый человек и вполне может разобраться сама. Правда, Анжела действительно не обращала на нее внимание. На днях на занятии читали стихотворения современной поэтессы. Мила отлично прочла, он был уверен, что Анжела ее как-то отметит. Но та ни слова про нее не сказала, зато расхваливала Вероничку и Тасю. Вероничка – понятно, всегда впереди. А Тася у них, похоже, восходящая звезда. Артистичная, гибкая, как обезьянка, и хохочет – невозможно не присоединиться. Анжела уже ввела ее в один из спектаклей, специально добавила комического персонажа, которого там никогда не было. Ей если кто понравится, будет играть везде и всюду. Вот о чем он поговорит с Анжелой! О любимчиках и непризнанных талантах. Интересно, а если бы Мила оказалась в числе любимчиков, он завел бы этот разговор?
Честно говоря, Федор не очень понимал, почему Милена решила прийти в студию. Не было в ней того актерского жара, который корежит тебя и беспрестанно требует выхода. Федор чувствовал его сам, замечал у других театралов, видел сейчас в Тасе. Но если уж она хочет играть…
Он поднялся на второй этаж и остановился у каморки. За дверью стоял равномерный гул, что-то тяжелое упало на пол, а следом раздался взрыв хохота. Федор коснулся фитнес-браслета. 16:03. Занятие у младшей группы только через полчаса. Чего так рано явились?
Пиликнул телефон. Муми-тролль… До чего смешнючая! Если он быстренько поговорит с Анжелой, к пяти успеет на пруд. Мимо него проскочили две девочки. Федор шагнул в открывшуюся дверь. Казалось, воздух в каморке вибрировал. Младшеклассники галдели и кружили по комнате, как чайки, увидевшие чужаков у своих гнезд.
– О, Федор! Слушай, разомни их, раз пришел! У нас репетиция сдвинулась. – Анжела, размахивая длинными руками, подошла к нему. – Я за кофейком.
– Погоди! Я с тобой поговорить хочу!
– Ну, Федор, будь человеком, я с утра без кофе! – Анжела выскользнула за дверь.
Федор вздохнул, снял рюкзак, разулся и вышел на середину комнаты. Двадцать минут на разминку, пять – на разговор с Анжелой. Вполне успевает.
– Привет! Все переоделись? Сегодня я за педагога.
Ребята затихли, выстроились в шахматном порядке и уставились на Федора. Когда они смотрели вот так, ему хотелось взять и поставить собственный спектакль. Все роли в нем будут играть дети. Они построят на сцене огромный корабль, будут перепрыгивать с мачты на мачту и петь.
– Начнем! Лезем вверх по канату! Лезем, лезем, лезем!
Федор шагал, широко выкидывая колени, и перебирал в воздухе невидимую веревку. Дети увлеченно повторяли за ним.
– А теперь отпускаем канат и прыгаем! И снова! Лезем, лезем, лезем!
Анжела пришла только к концу разминки, когда они успели набрать воображаемых звезд, сразиться с морскими пиратами и три раза проговорить: «Тридцать три корабля лавировали, лавировали, лавировали, да не вылавировали».
– А теперь «Зеркало»! – сказал Федор.
Он дождался, пока ребята разобьются на пары и начнут повторять движения друг друга, и пошел к Анжеле. Ну и что он ей скажет? Попросит, чтобы она давала Милене больше возможностей проявить себя? Чушь какая-то! Анжела наблюдала за младшими, прислонясь к стене и потягивая кофе из картонного стаканчика. Выглядела она неважно.
– Не кофе, а бурда какая-то, – сказала Анжела и поставила стаканчик на стеллаж у входа. – Спасибо, Федь, выручил. Что-то я в запарке в последнее время.
– Хм… В последнее?
Анжела усмехнулась:
– Ну да, ну да, в точку.
– Давай я возьму на себя перформанс? – неожиданно для самого себя спросил Федор.