Девочка с мальчиком хмыкнули и синхронно помотали головой, не принимая ответ токкэби.
— Врете, господин О, — упрекнул его Ынсу. — Вы никому не даете исправиться. Даже тому мужчине, что загадал оказаться в брюхе кита, чтобы его не нашла разозлившаяся жена. Желание токкэби нельзя отменить или исправить, если только не заключить с этим человеком контракт, условия которого должны быть выгодны только для самого токкэби!
Последние слова мальчик громко выкрикнул и сощурил большие темные глаза, в которых плескалось негодование.
— Дожили: меня отчитывают какие-то стопятидесятилетние призраки детей, — закатил глаза к небу О Ён.
Девочка шагнула к токкэби и, взяв его за руку, грустно взглянула на него:
— Мы просто не понимаем ваших намерений и волнуемся. Вы никогда не вели себя так безрассудно. Словно забыли, что если человек не нарушит контракт, то вас не станет! Вам нельзя помогать одному человеку дважды, пусть даже и посредством контакта. Одно желание, помните? Всего одно.
— Да помню я, — устало произнес О Ён. — Все я помню…
Он посмотрел на девочку с нежной улыбкой и, подмигнув ей, поднял на руки. Ынхи хохотнула. Ён подошел к ближайшей скамейке, опустился на нее и усадил девочку к себе на колени. К ним подбежал Ынсу и пристроился рядом. Если бы по ночному скверу ходили люди, то они увидели бы лишь невероятно красивого мужчину, одетого с иголочки и разговаривающего сам с собой. Однако в столь поздний и холодный час на улице не было ни одной души. Вернее, ни одной живой души.
— Просто в этот раз все по-другому, — продолжил О Ён, поглаживая Ынхи по спине. — Мари — другая. Для нее мне ничего не жалко. А моя жизнь — это ведь и не жизнь вовсе. Я обречен вечно ходить по земле, притворяться беспомощным стариком и исполнять желания тех, кто мне помогает. И если бы хоть половина этих желаний не вредила… — токкэби вздохнул, вспомнив случай с мужчиной и китом.
— Может, вам нравится Мари? — предположил Ынсу.
— О, да! Она мне очень нравится! — кивнул токкэби.
Мальчик с девочкой с ужасом посмотрели на него.
— У Дарена Кима появился конкурент? — пролепетала Ынхи.
Токкэби усмехнулся и загадочно поиграл бровями.
— Фу, — протянул Ынсу. — Вы же для нее совсем древний! Еще и предстали перед ней в первый раз в образе вонючего старикашки. Нет, я категорически против этого союза!
Ынхи энергично закивала, демонстрируя полнейшее согласие со своим братом. Это рассмешило токкэби еще больше. Пусть этим детям уже минуло сто пятьдесят лет, однако они все еще оставались детьми.
— Не волнуйтесь, я не собираюсь уводить Мари и Дарена, — пообещал Ён. — Наоборот, я хочу их свести. Чтобы эти две несчастные души наконец обрели счастье. Это и будет им моя благодарность за помощь… и мое извинение. — Последние три слова токкэби произнес едва слышно — так, словно это было легкое дуновение ночного ветерка. И даже призрачные дети не смогли его услышать и удивиться тому, что бессмертный токкэби решил за что-то извиниться перед простыми смертными.
***
Я переписывалась с Дареном полночи и утром последствия неминуемо настигли меня. Несмотря на то, что я перед сном снова превратилась в собаку, все мое тело ныло от долгой неудобной позы, в которой я лежала под кроватью, будучи в человеческом теле. Помимо этого, я еще и замерзла на полу, по которому так и гулял сквозняк из открытого окна — Дарен не только забыл его закрыть, но еще и не прибавил отопления, а ночка выдалась довольно-таки холодной, несмотря на приближающуюся весну.
Так, проснувшись от того, что у меня из-за холода зуб на зуб не попадал, я поднялась и на трясущихся ногах выбралась из-под кровати. Дарен с головой лежал под одеялом, мерно дыша. Чихнув, я запрыгнула на кровать и залезла под теплое одеяло. Ткнулась влажным носом в бок Дарена и, стремясь к максимальному теплу, без всякой задней мысли забралась к нему под худи и устроилась на горячей груди.
Каким-то волшебным образом мое тело сразу же перестало ныть, а тепло стремительно побежало по венам, и я быстро согрелась и снова уснула, а проснулась уже одна, без теплого Дарена.
Сладко зевнув, я высунула голову из-под одела. В квартире было тепло — видимо, Дарен прибавил отопления и закрыл окна. Из ванной комнаты был слышен шум воды.