Глава 9.3. Печальная история токкэби
Так, будучи безгранично влюбленной, Хэвон не обращала внимания на мужчин в округе — они для нее просто-напросто не существовали. Поэтому девушка была крайне удивлена, когда отец рассказал о возможной симпатии к ней их соседа.
На очередном свидании с Юнганом она была задумчивой и молчаливой. Все ее мысли занимал Ким Сонёль, и девушка искренне надеялась, что отец ошибся в том, что сосед положил на нее глаз.
— Ты сегодня сама не своя, — заметил Юнган, отложив кисть. — Не заболела?
Они сидели в его мастерской, прячась от палящих солнечных лучей.
— Все хорошо, — улыбнулась Хэвон, выныривая из тревожных мыслей. — Просто плохо спала.
Юнган протянул руку, чтобы коснуться бледной и тонкой ладони Хэвон, но так и не решился этого сделать. Отдернув руку, он вернулся к рисованию, а Хэвон разочарованно вздохнула. Она ни на миг не сомневалась в чувствах Юнгана, но ей хотелось большего. Хотелось держать его за руку, касаться его красивого лица кончиками пальцев, обвивать руками его сильные плечи.
Целую неделю Хэвон оставалась дом, выполняя заказ на два платья для новеньких кисэн. За пару дней до завершения работы девушка так истосковалась по возлюбленному, что даже не спала две ночи, чтобы закончить платья до срока и поскорее увидеться с Юнагонм.
Утром она вышла из дома и вдруг столкнулась с Ким Сонёлем. От неожиданности Хэвон вскрикнула и чуть не уронила сверток с платьями, но Сонёль вовремя подхватил его и с улыбкой протянул девушке.
— Я уже давно наблюдаю за вами, госпожа, — произнес он, не сводя с Хэвон влюбленного взгляда. — Вы прекрасны, как цветок азалии. Я полностью очарован вами и намерен просить у вашего отца благословения жениться на вас.
— Простите, господин Ким, — пролепетала напуганная Хэвон, нервно сжимая сверток с платьями. — Но я не могу принять ваши ухаживания. Моя семья бедна и не может вам ничего предложить взамен. У меня нет даже приданного. Простите.
Низко поклонившись, Хэвон поспешила прочь, боясь поднять взгляд. Хорошее настроение испарилось в мгновение ока, уступив место испугу.
Отдав заказ и получив деньги, Хэвон принялась искать Юнгана, но его нигде не было. Служанки сказали, что он рано утром уехал в соседний город, где вечером будет проводиться какое-то пышное торжество, на которое Юнгану предложили выступить.
День, который должен был быть прекрасным, превратился в ужасный. Борясь с подступающими слезами, Хэвон побрела домой, где ее ждала еще одна неприятность.
Министр Ким со своим сыном ожидали ее прихода, слушая нелепые шуточки отца. Увидев соседей, Хэвон замерла на месте, не в силах сделать и шага вперед.
— Дочь моя! — воскликнул отец, увидев ее. — Наконец-то ты вернулась! Посмотри, кто пришел свататься к тебе!
Обветренное лицо Ли Ёна сияло счастьем. Министр Ким смерил Хэвон оценивающим взглядом и, кажется, остался ею доволен. Сонёль же смотрел на девушку так, будто она уже была его. От этого взгляда Хэвон бросило в дрожь.
— Свадьбу сыграем как можно скорее! — объявил Сонёль.
Его отец согласно закивал.
— Для меня большая честь, что вы обратили внимание на мою дочь и хотите скорее на ней жениться, — склонив голову, елейно произнес Ли Ён. — Однако у нас нет приданного для нее.
Хэвон стало так противно от того, что отец, который раньше занимал столь высокий пост, теперь вынужден лебезить перед всеми чиновниками, будь они высшего или низшего ранга.
— Это не важно! — вскинул руку Сонёль. — Я возьму ее и без приданного. И как можно скорее, пока этот цветок не увял.
В этот момент юноша так посмотрел на Хэвон, что у нее сердце ушло в пятки. Ей захотелось сию же минут убежать к Юнгану и спрятаться за его надежной спиной.
— Отец, — обратилась к Ли Ёну Хэвон, когда гости покинули их дом. — Он меня совсем не любит! Ты видел, как он на меня смотрел? Я для него как добыча для тигра. Не отдавай меня ему, прошу!