— Мы будем работать с Дареном Кимом.
— О, — произнес отец, немного округлив глаза.
Признаться, я ожидала большего удивления.
— Это мощно для новичков, — добавил он.
Я согласно кивнула и пояснила:
— Нам невероятно повезло. С ним должна была работать наша наставница, но ей пришлось срочно улететь в Америку к больной маме. Проект она решила передать нам с Чанми.
Отец положил на бутерброд с маслом кусочек сыра и протянул его мне.
— Ты, наверное, в восторге от этого. Он же твой кумир.
— Он не просто мой кумир, пап. — Я отложила бутерброд и внимательно посмотрела на отца. — Я его вспомнила…
Вот теперь удивление отца было таким, каким я себе и представляла. Он приоткрыл рот и попытался сказать что-то, но не смог.
Я ему не соврала. Я действительно вспомнила Дарена. А еще его родителей, брата и смерть мамы. Воспоминания начали приходить ко мне постепенно, и я медленно собирала из них пазл.
— А что ты еще вспомнила? — наконец подал голос отец. Удивление на его лице сменилось страхом.
Я вздохнула и рассказала ему все, что вспомнила. В конце добавила, что боялась сказать ему об этом, потому что была уверена в том, что он ненавидит Дарена и его семью.
— Ты общаешься с ним? — выслушав меня, спросил отец.
— Не общаюсь.
Не буду отрицать, что не пыталась связаться с Дареном. Пыталась и еще как, но до него было крайне трудно дотянуться. Один раз даже простояла возле его дома долгое время, но так его и не увидела. Приходить снова побоялась, потому что меня могли принять за сталкера.
Официальные соцсети Дарена, которые вело агентство, были удалены, когда он не стал продлевать контракт, а новых Дарен пока не завел. В последнее время ему было не до соцсетей, потому что он во всю продвигал свое агентство и группу «Адские гончие» в ее первоначальном составе. Мне оставалось лишь издалека следить за его успехами и ждать выхода дебютного альбома группы, над оформлением которого, кстати сказать, мы и будем работать с Чанми.
— Значит, сегодня будет ваша первая встреча после долгих лет? — заключил отец.
Для Дарена — да, но только не для меня. Хоть и прошло три года, я все еще прекрасно помню те прекрасные несколько месяцев, которые мы провели вместе.
— Ты все еще злишься на него? — тихо спросила я.
Отец хмыкнул и мотнул головой.
— Давно уже не злюсь, — сказал он задумчиво. — Сначала я ненавидел его мать и не хотел продолжать общение с этой семьей, но в последствии эта ненависть начала исчезать. По совету твоей бабушки я сосредоточился не на ненависти, а на тебе — моей самой любимой девочке. Благодаря тебе я смог отпустить те негативные чувства, что грызли мою душу, и жить дальше. Мою ненависть к семье Дарена больше ничего не питало, и в итоге в один прекрасный день она просто исчезла. Однако его семья продолжала перечислять деньги на мой счет еще долгое время. Я связался с отцом Дарена и попросил перестать это делать. Мы поговорили, вспомнили прошлое, и я сказал, что злиться на них было глупо с моей стороны.
Я уже думала, что не узнаю ничего нового, однако не тут-то было. Вот, оказывается, кому переводили деньги родители Дарена, и на что мы с отцом долгое время содержали пансион мамы.
— Вообще-то я подумал, что ты все вспомнила, когда заметил твое увлечение Дареном Кимом, — неуверенно добавил отец. — Тогда я осторожно начал тебя расспрашивать о нем, но ты была настолько беспечным подростком, влюбленным в своего кумира, что я сразу понял — ты ничего не вспомнила. В противном случае ты бы уже давно с ним связалась. Когда это еще было легок сделать. Сейчас-то он снова на высоте, несмотря на тот скандал три года назад.
— Да уж. — Я вспомнила день суда. В прессу так и не просочилась новость о том, что я давала показания. Интересно, это магия токкэби так сработала?
Доев кашу и откусив кусочек от бутерброда, я взглянула на время и воскликнула:
— А вот теперь я точно опаздываю!
Папа усмехнулся и протянул мне мои вещи.
— Я положил тебе пирожки с капустой. Угостишь ими Дарена. Он раньше их очень любил.