Девушка отвечает мне страстно и, горячо вцепившись в мои волосы. Ее стон только усиливает пожар в крови. Та часть меня, в которой еще осталось что-то похожее на совесть, требует остановиться, не пользоваться положением. Но часть, которой управляет внутренний дьявол, явно сильнее, и я начинаю исследовать руками и губами восхитительное тело.
Медленно расстегиваю молнию ее платья, и как только оно отлетает в сторону, провожу цепочку поцелуев от шеи к груди. На ней нет бюстгальтера, я просто млею от этого. Мои губы находят сочный розовый сосок, слегка тяну его, покусывая. Девушка выгибается в моих руках и издает громкий стон.
Я так возбужден, что слова «тесно в джинсах» и близко не описывают испытываемого мной дискомфорта. Медленно опускаю руку вниз, глажу и ласкаю восхитительные, аппетитные бедра. Запускаю руку в трусики и касаюсь горячего возбуждения Маи…
- Нет! — оглушительно взвизгивает она. - Нет!
На красивом личике написана паника, и все, что я могу, это в ошалелом ступоре таращиться на нее.
POV Мая.
Перед глазами отвратительная рожа Риччи Мюнхена. Я ненавижу этого человека всеми фибрами души. А еще боюсь, боюсь так, что от одного его имени кровь стынет в жилах.
Он тянет мерзкую лапу ко мне в трусы…
- Нет! — кричу изо всех сил. - Нет!
Внезапно свет делается ярче, и картинка перед глазами сменяется. Напротив меня на диване сидит Блейк и смотрит на меня огромными бирюзовыми глазами. Его взгляд выражает шок и испуг. Осознание, где я, и что только что чуть не произошло, стрелой пронзает меня.
- Мая, что с тобой? — шепчет Блейк.
Что со мной? Много чего. А кратко — я псих. Может рассказать ему все? Нет, нет и еще раз нет. Это только мое прошлое, мой крест, который мне нести до конца своих дней.
— Все нормально, — отвечаю я, стараясь вложить в голос больше уверенности.
— Не похоже. Что сейчас было, Мая? — настороженно спрашивает парень. — Если ты не хочешь, то достаточно просто сказать.
Дело не в этом — хочется сказать мне. Так. Стоп. Дело не в этом?
И тут я понимаю, что так оно и есть — я хочу Блейка Уокера. Хочу, как не хотела ни одного мужчину. По сути, я вообще никогда не хотела мужчину.
Может вот он, шанс навсегда забыть то дерьмо, что мешает спать по ночам?
Я тянусь к нему и целую в губы. Он сидит словно каменный, но спустя двадцать секунд, сдается и отвечает на поцелуй.
— Что же происходит в твоей очаровательной головке, Мая Стенфорд? — шепчет он хриплым голосом, когда наши губы прерывают сладкое слияние.
— Заткнись и займись со мной сексом, — отвечаю я.
Господи, я прекрасно знаю, что потом буду жалеть, но сейчас мне это нужно. Нужно почувствовать себя женщиной. Желанной женщиной.
Блейк пару секунд смотрел на меня, потом моргнул и с глухим то ли стоном, то ли рыком, подхватив меня на руки, понес в спальню.
Удивительно бережно он опустил меня на белоснежные простыни и принялся покрывать поцелуями мое тело. Его губы и руки заставляли меня трепетать, но я не разрешала себе уходить с головой в нирвану, боялась возвращения Риччи.
Но, тем не менее, каждое прикосновение мужчины дарила райское наслаждение, доводя до полуобморочного состояния. Как же хорошо! Но мое тело ждало чего-то больше, а чего я никак не могла понять.
Когда его язык лизнул мою промежность, я вскрикнула от наслаждения, как он это делает? Как заставляет меня забыть обо всем и таять от блаженства?
Он продолжал искусную, чувственную пытку, и я чувствовала, как в теле растет напряжение, и вот, когда оно достигло высшей точки, во мне как будто что-то взорвалось. Что-то, отправившее мою душу в рай.
Пока я приходила в себя, услышала какой-то шелест, потом губы Блейка нашли мои. Поцелуй был требовательный и нежный одновременно. Отстранившись, он пристально посмотрел мне в глаза.
— Ты точно этого хочешь, Мая? — его голос был хриплым и прерывистым от возбуждения.
Я этого просто жажду!
— Да…
Мой стон сподвиг его к действию. Он шире развел мои ноги и проник в меня одним сильным толчком. Я вскрикнула от неожиданности. «Он» — оказался гораздо больше, чем я предполагала, и это ощущение полноты было восхитительно приятным.
Блейк начал двигаться во мне, его движения были быстрыми и очень мощными. Это отнюдь не было нежным сексом. «Жесткий трах» — подходило больше. Но мне нравилось. С каждым толчком Блейка я чувствовала, как в теле накапливается знакомое напряжение, каждое его движение толкало меня все ближе к краю.
И я сорвалась вниз. Сорвалась в пучину острого, фантастического наслаждения. Собственный крик эхом отдался в голове. Я умерла и родилась заново в этот момент.
Способность соображать медленно возвращалась, и я смогла наблюдать, как совершив еще несколько сильных рывков, Блейк с громким стоном дошел до собственной вершины.
Его тяжелое тело навалилось на мое, и я могла ощущать, как неистово колотиться его сердце рядом с моим собственным. Слышала, как успокаивается его дыхание…
Встрепенувшись, мужчина скатился с меня. Какое-то время мы просто лежали молча. Но я быстро устала от этой тишины. Мне невыразимо сильно хотелось слышать его голос, видеть глаза.
— Блейк, — прошептала я и потянулась к нему.
- Что? — он отшатнулся от меня, а его голос звучал удивительно грубо.
Я растерянно заморгала, глядя на мужчину, с которым пять минут назад предавалась восхитительному сексу. Его глаза обжигали холодом, а по моей спине пробежала толпа беспокойных мурашек. Что с ним?
— Ты чего? — спросила я.
— Тебе лучше уйти, — произнес он ледяным тоном.
- Что? — я не могла поверить своим ушам.
Он выгоняет меня? Переспал и выставляет прочь? В горле образовался ком, душу и сердце сковали страх и холод, глаза начало жечь. Нет! Черта в два я разревусь. И унижаться не буду.
— Что слышала, Мая. Одевайся и уходи. Я вызову тебе такси, — бесстрастно сказал он, натягивая боксеры и джинсы.
- Ну, ты и ублюдок, — не удержалась я.
— Думай, как хочешь. Мне все равно. Это последняя наша встреча. Не советую меня преследовать.
— Преследовать? — рассмеялась я. — Не дождешься.
Моя ненависть к нему была сопоставима только с болью, которую я заперла глубоко внутри. Я не доставлю ублюдку удовольствия. Никаких вопросов «почему» или слез.