Я присел на корточки напротив нее.
— В чем дело, Мая? — ласково спросил я, стараясь успокоить девушку.
Она была ощутимо напряжена. Это я виноват? Или есть еще что-то?
Я осторожно взял ее за подбородок кончиками пальцев и отвел с лица волосы, в стремлении заглянуть в глаза и понять, что происходит.
Увидев ее лицо, я в ужасе отшатнулся. Из-под толстого слоя тонального крема проступал синяк на скуле, верхняя губа была рассечена. Взгляд был затравленный. Волна первобытной злобы омыла каждую клеточку тела.
— Кто это сделал? — яростно зарычал я.
Девушка отшатнулась и испуганно заморгала.
— Н-никто, — произнесла она с запинкой и вскочила на ноги.
- Мая, ответь на вопрос. Кто сотворил с тобой это? — уже гораздо мягче спросил я, не желая ее лишний раз пугать.
— Я просто упала. Пока, Блейк, — сказала она чуть увереннее, но я не поверил ни единой букве.
- Мая, пожалуйста, — просил я.
— Оставь меня, — на ее лице мелькнул страх.
Развернувшись, девушка почти бегом удалялась прочь. Я же, как парализованный смотрел вслед. Все мои инстинкты вопили, что с Маей случилось нечто ужасное, и будь я проклят, если не узнаю, что именно.
Глава 12.
POV Блейк.
Я сильнее встряхнул ублюдка в своих руках.
- Имя! — прорычал я.
— Я не понимаю о чем вы, — пискнуло чмо в моих руках.
Раздражение — мой вечный спутник — на протяжении последних дней вспыхнуло еще сильнее. Люди Куцего, которые прослушивали мобильный Даунсона, утверждали, что это ничтожество является связующим звеном между жирным боровом и его таинственным гостем.
— Не смей мне врать! — под моим взглядом парень съежился и промычал что-то нечленораздельное.
Устав тратить время и нервы, я кивнул Билли. Пусть они вытряхивают из него информацию.
По правде говоря, последнее время мои мысли были далеки от работы. Никогда еще мне так не хотелось, чтобы у меня было свободное окно от любых заданий.
День и ночь я думал о Мае. Это было похоже на пугающее наваждение, но мысли о ней не оставляли меня ни на одну гребаную минуту. Беспокойство за девушку сводило меня с ума. В голове так и стояло ее лицо: синяк на скуле, разбитая губа и затравленный, потухший взгляд.
Что с тобой случилось, Мая? Во что ты влипла? И главное, где ты сейчас? — эти вопросы я мысленно задавал по сотне раз в день.
Я обругал себя всеми нецензурными выражениями за то, что позволил ей тогда уйти. Все мои попытки найти девушку или узнать, что с ней приключилось, упирались в стену. Она словно испарилась.
Мая больше не жила в своей квартире, которую снимала около двух лет, и никто не мог сказать, где она. Ее никто не видел. Хотя ребята, которых я посылал выяснять это, не раз говорили, что некоторые словно боятся сказать лишнего.
Но не мог же я пытать всякого из-за банального — показалось. Но еще немного времени, и чувствую — начну делать и это.
С каждым днем мой страх за девушку нарастал. Воображение беспощадно подсовывало сценарии один ужаснее другого. Ее и в живых уже могло не быть, но я упорно старался не думать об этом. Эта мысль была невыносима. Я просто не переживу этого. Как бы меня не пугало открытие, но я сознавал — она значит для меня больше, чем все женщины, которых я знал в жизни. Правда, я не понимал почему.
— Мистер Уокер, он раскололся, — прервал мою задумчивость Билли. Мне понадобилось пара секунд, чтобы понять, что речь идет о ничтожестве в соседней комнате.
- И?
— Брайан Хендриксон.
Кажется, я когда-то слышал это имя, но точно уверен не был. И мне, в принципе, было все равно. Пусть Гарри сам ломает голову, кто это.
— Это точно не уловка? — уточнил я.
— В таком состоянии люди не лгут, — мрачно улыбнулся громила.
От его слов мурашки побежали по коже. Я не был святым и не заслуживал звания — мистер Милосердие, но при всем этом ненавидел жестокие и долгие пытки, предпочитая быстро отправить жертву на тот свет. Билли же, напротив, был поклонником медленных и жестоких истязаний. Не хотелось бы мне попасть на место его жертвы.
Оставив парней охранять пленника, я направился к Куцему. Я повторил ему имя, что услышал сам, и мужчина нахмурился, в его глазах мелькнуло раздражение.
— Вот ублюдок! Как он только посмел сунуться на нашу территорию! — воскликнул он, обрушив кулак на стол.
В следующие пятнадцать минут я узнал, что этот Хендриксон является главой европейского наркосиндиката и по уговору не имеет права соваться на территорию, где правит Гарри и еще несколько ему подобных.
Раньше доступ к подобной информации вызвал бы у меня живой интерес, но сейчас я ощущал только безразличие в купе с раздражением.
— Ты где витаешь? — спроси мужчина, поджав губы.
— Да так, — отмахнулся я.
— Блейк, послушай меня внимательно, — начал он, — В последнее время ты очень рассеян и как будто мысленно далеко от происходящих событий. Твоя невнимательность может слишком дорого обойтись. Ты либо берешь себя в руки, либо я вывожу тебя из этого дела.
Выйти из дела? Заманчивая перспектива, но я не могу. Я твердо решил, что это мое последнее задание, и мне были нужны деньги. Чем больше, тем лучше. И чем опаснее было задание, тем выше была оплата, выйти сейчас — потерять целое состояние.
— Со мной все в порядке, — твердо сказал я.
— Смотри, — в одном слове было море высказываний, которые я прекрасно понял.
На подходе к дому зазвонил мой личный мобильный.
- Да! — рявкнул я в трубку.
— Мистер Уокер, у нас появились данные о возможном местоположении мисс Стенфорд.
— Говори, — выдохнул я, ощущая, как сердце ускоряет ритм.
POV Мая.
— О да! Как хорошо, черт возьми! — стонал ублюдок, насилуя мою попу.
Я смотрела на облезлую стену, напротив, с тупым безразличием. Я просто утратила нормальные человеческие чувства, возможно, эта защитная реакция психики на его действия и присутствие. Стоило Риччи начать что-то делать или просто оказаться рядом, как из головы вылетали все мысли, и я просто переставала что-либо чувствовать.
Уже двадцать три дня я живу в аду, во власти этой больной твари. Поначалу я пыталась бороться и сопротивляться. Но быстро поняла тщетность этой борьбы. После, мечтая поскорее прекратить этот ужас, я старалась его довести до точки. Хотела, чтобы он, утратив остатки самообладания, убил меня на месте, но Риччи будто читая мои мысли, заявил, что я зря стараюсь. Что у него на меня еще есть планы, и своими попытками вывести его на эмоции, я всего лишь усугубляю свои страдания.