– Идем! Идем же! – крикнул он ей.
Только замешательство было кратким.
– Ар-те-ис-эйн! – выкрикнул Демиан, и Сокола сбило с ног, протащило по земле. Он захлебнулся воздухом, закашлялся, чувствуя, как горят легкие. А дядя приложил его печатью, чтобы не смог плести звуковые формулы.
Кажется, маг вернулся с Дереком. Тот шел сам – значит, большую часть печатей с него пришлось снять. Как сквозь вату, Эден слышал:
– Сейчас вы откроете для меня ворота, ректор Эвернер. И тогда никто не пострадает. Повинуйтесь мне, Тейрис! Это ваше истинное имя.
Чьи-то руки помогли Соколу приподняться. Хотя, почему чьи-то? Это Лучик прекратила оплакивать Маделену и подобралась к нему. А Дерек подошел к воротам, опустил на них ладонь и проговорил имя:
– Тейрис Эвернер.
И ничего не произошло. Сокол глухо рассмеялся.
– Поздравляю, дядюшка! – проговорил он. – Теперь мы заперты здесь навечно!
УРОК 26. Не делай преждевременных выводов
Демиан взвыл, словно раненный зверь. Он схватил Дерека за ворот рубашки и подтянул к себе.
– Открой их! Отвори! – выпалил ему в лицо.
– Я не могу, – спокойно ответил Эвернер. – Вы лишили меня истинного имени, а без него ворота академии открыть нельзя. Ваш племянник прав, мы здесь навечно. А раз так, давайте решим, как нам существовать, учитывая, что воду Маделена все же успела отравить магией. Моим студентам ее хватило бы на неделю С учетом всех тех магов, которых вы привели, воды хватит дня на три-четыре. Так что вечность будет недолгой.
– Ты поторопился убить Маделену, дядюшка, – смеясь, проговорил Сокол. Кажется, это нервное… – Какая досада! Такой великолепный план – и провал. Ты так уверовал в свою непобедимость, что уничтожил единственную, кто мог нас спасти. Браво!
– Заткнись! – Магия Демиана ударила Сокола в грудь, и если бы не Лучик, он бы упал.
– Что вы делаете? – выкрикнула она. – Атакуете безоружного?
«Нам надо оказаться рядом с Дереком», – ментально прислала она.
«Зачем?»
«Маделена сказала мне имя. Но если его услышит твой дядя…»
– Верните ректора к его студентам, – скомандовал Демиан. – А девчонку и Сокола – в кабинет ректора.
Да чтоб ему провалиться! Сокол лихорадочно пытался придумать, как заставить дядю взять Дерека с ними. Но даже находясь в одном кабинете, Демиан услышит, если Лучик скажет ректору его имя, и обретет над ним власть, а ментально Сокол связаться с бывшим наставником не мог – они не практиковали подобные заклинания, и магия Дерека оставалась нестабильной.
– Вы совершаете ошибку, – попытался вмешаться ректор. – Нам стоит договориться, и тогда никто не пострадает.
– Мы все равно мертвецы, – рыкнул Демиан ему в лицо. – Так я предпочту умереть императором.
И пошел следом за Соколом и Лучиком – маги тащили их прочь, а Дерека увели в другую сторону. Да чтоб дядюшка провалился!
– А может, твои маги попытаются снять заклинание Маделены с ректора Эвернера? – предложил Сокол. – Если он вспомнит, у нас есть шанс остаться в живых. Дерек прав, нужно на время забыть распри и действовать сообща.
– Займитесь им, – приказал Демиан магам, сопровождающим ректора. – И если будут результаты, доложите. А с вами я поговорю отдельно.
Не вышло! Эден кусал губы в попытке придумать хоть какой-то план. А плана не было, и это злило. Их затащили обратно в кабинет, швырнули в кресла, припечатав заклинаниями. Радовало только одно – дядя не знает, что между Соколом и Лучиком есть ментальная связь.
«Что будем делать?» – в растерянности спросила Лучик.
«Ждать. Рано или поздно мы окажемся рядом с Дереком и сможем воплотить твой план. А пока не вмешивайся, ему нужен я».
Демиан сел за стол напротив. За спинами Лучика и Сокола замерли маги.
– Шутки кончились, – проговорил дядя, сурово глядя на пленников, будто они в чем-то виноваты. – Отдай мне корону и перстень, Эден. Они тебе больше не нужны.
– С какой это стати? – устало ответил Сокол. – И корона, и перстень принадлежат мне. А вот тебе точно не понадобятся.
– Уверен, они у Марии. Кажется, Маделена упоминала, вы знаете о том, где находится императрица, студентка…
– Лучик, – подсказал Сокол.
– Лучик. Какое милое прозвище. Так вот, студентка Лучик. Скажите мне, где императрица, и ни вы, ни Эден не пострадаете. По крайней мере, пока не станете действовать мне наперекор.
– Мне это неизвестно, – спокойно произнесла Лучик.
– Лжешь! – Демиан подскочил из-за стола и ударил по нему кулаком. – Грязная девчонка! Ты специально все это продумала! Подстроила, чтобы я уничтожил Маделену!
– Я не просила вас убивать ее, – нахмурилась Лучик. – Это вы обещали на ней жениться и не собирались сдержать слова. А теперь ищете виноватых. Посмотрите в зеркало!
Демиан ударил. Звуковая формула сбила Лучика с ног, заставила задыхаться. Она рвано хватала ртом воздух.
– Прекрати! – выкрикнул Эден, чувствуя, как сердце разрывается в груди. – Я отдам тебе перстень. Корона не у меня, я не знаю, где ее спрятали. А тот, кто прятал, погиб.
– Врешь. Она у императрицы. Мария ни за что бы не рассталась с ней.
– Зачем ей корона? Меня уже короновали.
– Ты смертен, дорогой племянничек!
– Как и ты.
– Хорошо, – согласился вдруг Демиан. – Давай перстень, я не стану трогать девчонку.
– И почему я тебе не верю? – прищурился Сокол.
– Дело твое.
И Демиан снова ударил в Лучика формулой «ас-те-ми». Девушка закричала от боли, выгнулась дугой. К демонам перстень… Эден чувствовал ее боль, как свою собственную, и тоже едва сдержал крик.
«Эден, если я умру…»
«Ты не умрешь, Лучик».
«Не отдавай перстень! Если я умру, Дерека зовут Тейдерик. Верни ему имя, прошу!»
– Ладно, я скажу, где перстень и корона, – тихо произнес Сокол. – Не мучь ее больше. И поклянись, что она останется жива!
– Клянусь, – кивнул дядя и произнес формулу магической клятвы. – Если ты отдашь перстень и корону, девушка останется жива.
– Перстень у нее на шее, – признался император. – А корона у ректора Эвернера. Позволь мне поговорить с ним, и я попрошу ее отдать. Сам он никогда этого не сделает, он дал мне клятву.
Демиан подошел к Лучику, свернувшейся в клубок на полу, и сорвал с ее шеи цепочку. Перстень блеснул в его руках.
– Ам-ти-эр-ас! – произнес он вдруг, и Лучик забилась в судорогах.
– Ты же поклялся! – выкрикнул Сокол.
– Девушка жива и от этого заклинания не умрет, – усмехнулся Демиан. – Всего лишь будет мучиться. Бесконечно долго! Ровно до тех пор, пока ты не убедишь ректора Эвернера отдать мне корону империи. Потом ты умрешь, а девушка будет жить. Либо ты поступишь глупо и необдуманно, решишь противостоять мне. Тогда с Лучика никто не снимет это заклинание. Надолго ли ее хватит? Сутки в мучениях? Неделя? Месяц?
– Я прикажу Эвернеру отдать тебе корону. Отведи меня к нему, – проговорил Сокол. Лучик не должна платить за его ошибки… Никто не должен, только он сам.
– Давай пригласим его сюда. – Демиан смотрел на племянника, как на червя под сапогом. – И при виде мучений милой девушки ему захочется поскорее принести корону.
– Нам надо поговорить наедине. Я освобожу его от клятвы…
– Я тебе не верю. Приведите Эвернера!
Маги отправились выполнять приказ. Сокол же опустился на пол рядом с Лучиком и баюкал ее, как ребенка.
– Потерпи, – шептал он, стирая слезы с ее щек. – Скоро придет Дерек, и все будет хорошо, обещаю. Только немного потерпи!
Сейчас они с дядей остались один на один. Маги ушли за Дереком. Заклинания, удерживающие самого Сокола, ослабли, он мог их сбросить. Но тогда Лучик обречена. Поэтому вместо того, чтобы атаковать Демиана, Эден только обещал Лучику, что все будет хорошо. Снова и снова. А маги уже привели Дерека. Он увидел девушку, попытался кинуться к ней, но на нем печати были сильны, и он едва смог двинуться.