— Мне куда?
— Вон видите отель слева, милях в двух отсюда?
Машина покатила под гору и подъехала к отелю. Он напоминал скорее поселок, чем отель, или, уж если сравнивать, то аэропорт: несколько кругов отделанных хромированной сталью коттеджей, центральная башня, сияющая освещенными окнами, поле и снова коттеджи.
— Наше «Лидо», — сказал мистер Форбс. — Новые идеи в строительстве общедоступных отелей. Тысяча номеров, спортивные площадки и плавательные бассейны…
— А море?
— Его еще не подогревают. — Форбс хитро прищурился. — Честно говоря, я купил это местечко. Наша реклама приглашает: «Морской круиз на суше. Специалисты-тренеры. Концерты. Спортивные залы. Наличие обручальных колец у молодых людей администрация не проверяет. Вы на море, но вас не укачивает. И главное — дешево!» — Он произнес все это с нескрываемой гордостью. — Салли очень интересуется такими вещами. Она, знаете ли, большой мастак по физической подготовке.
— Я вижу, вы вложили сюда не только деньги, но и душу.
— Я бы еще больше здесь понастроил. Должно же у человека быть какое-нибудь увлечение. Я тут привез одного парня с большим опытом по придорожным гостиницам. Если ему понравится, я сделаю его управляющим и положу ему полторы тысячи фунтов в год. Мы хотим превратить «Лидо» в круглогодичный курорт. Сами увидите — сейчас как раз начинается рождественский сезон.
Проехав еще немного, мистер Форбс затормозил и сделал последние наставления:
— Для вас оставлена на ночь комната. Вы будете не первым, кто исчезает, не оплатив счета. Мы, конечно, сообщим полиции, но я надеюсь, вы не станете возражать против еще одного пункта обвинений. Ваш номер 105-С.
— Звучит, как номер тюремной камеры.
Мистер Форбс оставался серьезным.
— За вами придут прямо в номер. По-моему, все должно сойти гладко. Дальше я не поеду. Ключ возьмете внизу у дежурного.
Д. сказал:
— Я понимаю, что нет смысла благодарить вас, но все же… — Он стоял у машины и не мог подобрать нужных слов. — Передайте мой сердечный привет Роз, хорошо? И поздравления. Я от души поздравляю ее. — Он запнулся. Его поразило лицо Форбса, искаженное ненавистью. Наверное, несладко, когда соглашаются стать твоей женой на таких унизительных условиях — с приданым в виде другого мужчины.
Он сказал:
— О лучшем друге Роз и мечтать не могла.
Форбс включил стартер и рванул машину с места. Если им двигала не ненависть, то отчаяние… Д. повернулся и зашагал к неоновой арке центрального входа. Над аркой чернели два огромных, утыканных электрическими лампочками бутафорских пудинга. Электропроводку еще не доделали до конца, оба пудинга выглядели уродливо и неаппетитно.
Конторка дежурного администратора находилась сразу у входа.
— О, да, комната вам заказана по телефону вчера вечером, мистер… — он взглянул на бланк, — Дэвис. Когда прибудет ваш багаж?
— Я прошелся пешком от Саут-Крола. Багаж должен быть уже здесь.
— Желаете, чтобы я позвонил на станцию?
— Подождем еще час-другой. К обеду, наверное, переодеваться не обязательно?
— Разумеется. Абсолютная свобода. Тренер вам нужен?
— Мне бы хотелось сначала просто подышать свежим воздухом.
Он шел по кругу, вдоль коттеджей с плоскими крышами для солнечных ванн. Мужчины в шортах, с посиневшими от холода коленками, резво гонялись в сумерках друг за другом. Девушка в пижаме кричала какому-то лысому толстяку:
— Солнышко, ты не знаешь — они уже набрали баскетбольную команду?
Номер 105-С походил на каюту. В нем был даже пароходный иллюминатор вместо окна и откидная раковина умывальника, прижатая к стене — для экономии места. Еще чуть-чуть и потянет запахом машинного масла и загудят двигатели в машинном отделении. Он вздохнул — ох, уж эта Англия: верная себе, она сохраняет свои причуды до самого конца, причуды страны, двести пятьдесят лет не знавшей гражданских войн. Со всех сторон доносился шум: слышался смех, который принято называть счастливым, гремели радиоприемники, настроенные на разные станции. Сквозь тонкие стены можно было расслышать все, что происходит у соседей. Кто-то, кажется, развлекался, швыряя в стену туфли. Как и в настоящей каюте, в комнате было нестерпимо жарко. Д. открыл окно-иллюминатор, и в ту же минуту в нем появилась голова молодого человека:
— Хелло!
— Да? — устало спросил Д., сидя на кровати. Вряд ли это те, кого он ждал. — Я вам нужен?
— О, простите. Я думал, это комната Бегемота.