«Ренегат, предавший своих боевых друзей, втянувший в свои гнусные дела саму Марию Лампасс…»
Раздался дверной звонок, Роман поднялся из-за стола и пошёл открывать. Я откинулся в кресле взглянуть на визитёров, и, твою ж дивизию, в гостиную, оттолкнув плечом Рому, довольно нагло вошла Лаура Разанова. Бесцеремонно уселась за стол, и налила себе в бокал вина, отхлебнула и поморщилась:
- Что за компот пьёте?
- Дед, включай своё очарование, тебе прёт! – усмехнулся я, и тот, до этого замерший за столом, вздрогнул, и одним махом осушил свою посудину.
Я подсел к ним за стол и заглянув девице в глаза, спросил:
- Какими судьбами к нам?
- Да вот, думаю, а не взять ли мне автограф у самого Воропаева? – та совершенно серьёзно ответила мне, и вновь пригубила вина. – Вдруг не откажет?
Первой моей мыслью было воткнуть нож, лежавший на столе, ей в горло, рука уже почти метнулась к нему, но я сумел себя остановить.
-Тебе чего надо от нас? – прорычал дед.
- Поговорить! – улыбнулась Лаура. – Не бойтесь, я не собираюсь вас выдавать!
- Весь во внимании… - глухо произнёс я, не сводя с неё глаз.
- Я много читала о тебе, даже входила в общественную группу, по твоему первому освобождению. – объяснила девушка. – Мечтала с тобой познакомиться, такой мужчина…
Она лукаво посмотрела на меня:
- Не то, что эти жалкие подобия вокруг, лишь пытаются подобраться через меня к папиным деньгам. А тут такие страсти! Не то, что у меня, сплошная серая жизнь.
Я хмыкнул про себя, вот встреча, да она ж натуральная адреналиновая маньячка.
- И ещё Машка моя подруга! – с грустью добавила она. – Спаси её, Лёша!
- Спасу! – кивнул я. – Я её им не отдам!
- Помощь нужна? Денег дать? Говори сколько, и я…
- Не надо, спасибо! – остановил я её. – Есть у нас, но, возможно в дальнейшем и понадобится.
- Мой телефон – десять семёрок! – Лаура бросила на подсевшего к нам Романа весьма заинтересованный взгляд. – Помогу, чем смогу!
- Спасибо!
- Будьте аккуратнее, вас могут узнать! – напутственно произнесла она, не сводя глаз с Ромы. – У вас компания, смотрю, собралась ещё та! Ты же тот самый Роман Чистов, офицер с восьмого сектора, ослушавшийся приказ командования, и не ставший расстреливать женщин повстанцев с детьми?
- Ну да, я, - как-то застенчиво ответил парень.
- Мужик, да ты мой герой! – в её взгляде читалось искреннее восхищение. – Я ж тогда пыталась организовать движение в твою защиту, да какой там…
Девушка расстроенно махнула ладонью:
- Если имперцы упёрлись, то это значит всё…
Лаура заговорщицки прищурилась:
- Была у меня мысль, что вы меня можете взять в заложники и попробовать произвести обмен на Машку. Мой папа с императором в больших друзьях, думаю не откажет. Но потом куда вам деваться? Имперцы ж не отстанут, там опытные люди служат.
Я прикинул в уме – неплохой план, если провернуть как надо, может вполне даже прокатить. Произвести обмен у Саймонуса, и отойти потом в Калининград, подорвав портал на хрен. Очень неплохо бы было…
- А что, давай попробуем! – ответил я ей. – Есть у нас один козырь! Поедешь тогда с нами, бросив машину, на звонки не отвечай, ближе к Саймонусу объявим о твоём похищении.
- Ты уверен? – спросил меня Роман. – Имперцы просто так этого не оставят, с них потом император шкуру живьём снимет.
- Да хрен с ними! – отмахнулся я. – Пусть снимает! Всё, теперь отдыхать! Лаура, останешься с нами!
А у той только глаза заблестели, вот ведь рисковая девчонка, ничего не боится.
А заодно и Пётр с Разудаловым узнают, что я жив, думаю, допрут, куда направлюсь, подумалось мне.
Направился в душ, после чего облюбовал кровать в одной из из комнат, и уже через пару минут вовсю храпел.
С утра быстренько перекусили, затем вчетвером погрузились в «Бродягу», разместив Лауру на заднем сидении, к ней скромно подсел Роман, отправив деда вперёд ко мне, к моему неудовольствию, ибо от него конкретно несло перегарищем, Сергеич за ночь выжрал содержимое бара и сейчас мучился с похмельем.
Внедорожник вырулил с территории паркинга, и уже совсем скоро мы неслись по местному автобану, под монотонный бубнёж диктора, тот обсуждал обстановку на секторах, обострение противостояния с силами повстанцев накалялись, особенно на девятом секторе, там вообще шли ожесточённые бои. Петровцы рвались к Установке, теряя людей, но имперские войска пока сдерживали напор, по словам радиоведущего, таких страстей не было очень давно.