Юлька застыла на ступеньках, взгляд её метнулся за моё плечо. Резко развернувшись, она устремляется в сторону выхода. Срываюсь следом, выхожу на мороз в одной рубашке и настигаю её у самой машины.
– Юль, подожди, – хватаю её за локоть и в ту же секунду дёргаюсь от звонкого и отрезвляющего удара по лицу. Неожиданно. Замираю на миг и перевожу дыхание.
– Больше никогда так не делай! – рычу я. – Успокоишься, потом поговорим.
– Это вряд ли.
Кидает мне ключи от моей квартиры, которые падают в снег, и уезжает. Выуживаю их из сугроба и возвращаюсь обратно в клуб. При входе, как из-под земли, вырастает Дэн.
– Как я и говорил. Месяц, – язвительно произнёс он.
– На хер иди со своими комментариями, – зло выпихиваю я.
Сажусь за барную стойку и заказываю выпить, рядом со мной приземляется Димка.
– Догнал?
– Угу.
Он склоняяет голову, присматриваясь к моему лицу.
– Ну, я вижу, – губы его трогает едва уловимая усмешка. – Оно хоть того стоило?
– Неа, – опрокинув в себя коньяк, резко выдохнул. – Помутнение рассудка какое-то.
– Дурак, – ржёт надо мной Димка.
– И не говори.
Юля
Отработав трёхдневное выступление, мы позволили себе глоток свободы, прогулявшись по зимнему Петербургу, а к Рождеству вернулись в родные пенаты. Сейчас у нашего творческого коллектива заслуженные выходные, и я с головой погружаюсь в водоворот редакционных будней. Сейчас реально что-то получается, и я не хочу сдавать назад. Руководство дало очень высокую оценку моим первым статьям и предложило работу другого уровня. Работа достаточно серьёзная… Смогу ли я соответствовать?
В один из вечеров звонит Дэн.
– Привет, красавица. Ты где пропала?
– Привет. Работаю я.
– Юль, я всегда восхищался твоим трудолюбием. Только не загоняй себя, пожалуйста. Я на репетиции в семь утра только ради тебя таскаюсь. Ты моя муза, моё вдохновение.
– Приятно быть чьей-то музой, – его слова заставили меня улыбнуться. – Сам как?
– Нормально, но без тебя скучно. Мы все в ночном клубе, отдыхаем. Хочешь, приеду за тобой?
– Я сама через пару часов приеду.
После разговора с Дэном, завершаю последний штрих необходимой работы и, свернув её, позволяю себе передышку.
Переступив порог ночного заведения, я бросила мимолётный «привет» знакомым лицам и пошла искать своих. В пёстрой толпе мой взгляд зацепился за Димку, но он, словно не замечая меня, устремился на второй этаж. Сердце неприятно кольнуло, но я двинулась за ним. На середине лестницы отрываю взгляд от экрана телефона и вижу, как из нашей ВИП-комнаты выходит Макс. Движения замедляются сами собой, и я замираю на ступеньках. В дверях за его плечом появляется девушка. Смотрю на Макса, он весь взъерошенный, торопливо заправляет выбившуюся рубашку, а взгляд упорно избегает встречи со мной. Кому, как не мне, знать, как выглядит Марецкий после секса. В голове проносится поток лихорадочных мыслей, и фантазия подкидывает красочные слайды. Всё вокруг перестаёт существовать: звуки музыки, толпа людей. Но я дышу, дышу всё так же ровно, как и несколько минут назад. Болевой шок наступит позже. Отступаю на пару ступенек назад, разворачиваюсь и, набросив на плечи куртку, иду прочь.
Он догоняет меня на стоянке.
– Юль, подожди, – разворачиваюсь и со всего размаху бью по лицу. Смотрю, как он буквально каменеет, не ожидал. Скулы его сомкнулись, на секунду прикрывает глаза, грудная клетка поднимается и резко опускается.
– Никогда больше так не делай! – цедит сквозь зубы. – Успокоишься, тогда поговорим.
– Это вряд ли, – достаю его ключи от квартиры и швыряю ему.
Сажусь в машину и выезжаю со стоянки ночного клуба. Проехав не больше сотни метров, паркуюсь. Руки забились мелкой дрожью, словно озноб пробрался под кожу. Не в силах справиться с эмоциями, я наконец пропускаю всю боль через себя.
– Дура, – прошептала я одними губами, – какая же я дура…
Начинает настойчиво звонить телефон, смотрю на экран – Дэн. Отключаю звук и продолжаю путь.
Домой вошла, утопая в слезах. Скинув с себя одежду, рухнула на кровать и закрыла глаза в надежде спрятаться от реальности. Лера была права, он не для меня. Он вообще не для постоянных отношений. Его не приручить, он свободолюбивый. И единственный для меня способ выжить в этой ситуации – принять факт, что обстоятельства сильнее. Иначе я не справлюсь, мы с ним каждый день в тесном контакте.
Как говорят, на стадии шока любые реакции нормальны, но, успокоившись за ночь, я испытываю сожаление о том, что подняла на него руку. Он мне ничего не обещал. Какие могут быть претензии? И Макс не из тех, кто будет ползать на коленях и вымаливать прощение. А для меня сейчас главное – купировать боль.