Глава 10
Макс
Уже по привычке срываюсь по первому её звонку. Подъезжая, вижу её силуэт у распахнутого капота, застывший в нерешительности. Паркуюсь и иду к ней.
– Привет. Ну что, не заводится?
– Нет, – выдыхает обречённо.
– Юль, машину обслуживать надо, а не просто эксплуатировать, – ворчу я, зная, что слова мои – как горох об стену.
– Макс, ты мне лекцию приехал прочесть? – с упрёком выдаёт она. – Зря теряешь время.
– Бесполезно говорить... Ключи давай. – Заглядываю в капот, Юлька ёжится от холода, переминаясь возле меня с ноги на ногу. – Сядь в мою машину.
Пока она отогревается, мне удаётся оживить её упрямицу. Делаю круг вокруг дома, паркую её обратно и, заглушив, иду к своей машине. Сажусь за руль, отдаю ей ключи и говорю:
– Лучше пока не ездить на ней, издаёт звук, который мне не нравится.
– И как мне теперь на работу добираться? – в голосе слышится отчаяние.
– Разберёмся, – успокаиваю я её. – Юль, Лера меня попросила съездить к Анжелике в интернат, ей в суд сегодня. Составишь компанию?
– Поехали, – соглашается она, махнув рукой. – Я всё равно уже опоздала на планёрку.
Это событие ворвалась в размеренную жизнь нашего коллектива буквально на днях. Одна из учениц младшей группы осиротела и её забрали в интернат. Приходя на работу, скорбь читалась в каждом лице, каждый воспринял эту трагедию как личную. Перемены – плохие или хорошие, они сопровождают нас повсюду, хотим мы того или нет.
Нам позволили прогуляться с ребёнком по территории. Мы пытались как-то разговорить девочку, но она была немногословна, хотя знает нас с малых лет.
Вопреки издыхающему февралю, снега намело вволю. Юлька зачерпнула его ладонью, снег оказался мокрым, и она с лукавой улыбкой предложила Лике слепить снеговика.
Выбрав скамейку, сгребаю рукой снег и усаживаюсь поудобнее, забираясь с ногами. Девочки ловко скатали первый ком, а за ним и второй, а когда снеговику приделали голову, ребёнок уже разговорился. Они деловито сновали вокруг меня, отыскивая веточки, чтобы снеговик обрёл улыбку, нос и глаза.
– А из чего мы сделаем ему глазки? – спросила Анжелика. – У нас ничего подходящего нет.
Смотрю на это снежное, но безглазое произведение искусства, запускаю руку в карман куртки и достаю оттуда мятные карамельки. Поднимаюсь и иду к ним. Протягиваю лакомство девочке, и она, благодарно кивнув, освобождает конфеты от обёрток и втыкает их в снег. Искренне радуется полученному результату, бегая вокруг снеговика. Притягиваю Юльку к себе.
– Ну как тебе? – спрашивает она, кивая на снеговика.
И словно время останавливается, когда она улыбается. Морозные лучи солнца вплетаются в её улыбку, а в длинных пушистых ресницах путаются мелкие снежинки.
– Шедевр, – выдаю я, не в силах отвести глаз.
Опускаю взгляд на её мокрые перчатки, снимаю их и, глядя на порозовевшие от холода руки, бережно надеваю свои. Фотографирую их напротив скульптуры, чтобы отправить фотоотчёт Лере, и ребёнка у нас забирают, а мы направляемся к машине.
– А что дальше будет, если Лере удастся её забрать? – спрашивает у меня Юлька.
Щёлкаю сигнализацией и открываю для неё дверь:
– Ну, был же сын полка, а у нас будет дочь. Главное – забрать её, а там видно будет.
Запускаю двигатель и вывожу машину со стоянки, и тут тишину прорезал трезвон Юлькиного телефона.
– Привет… Купил? ... Отлично… – она бросила на меня взгляд. – Сегодня никак… Дэн, давай завтра утром…
Как только понимаю, с кем она разговаривает, молниеносно выхватываю у неё телефон и прижимаю к уху.
– Дэн, она сегодня недоступна, завтра – тем более, и вообще забудь о её существовании, – выпалил я, не дав ему и слово вставить, и швырнул телефон ей на колени.
– Макс! – вспыхивает Юля. Видать, весь свой гнев не может сформулировать, а только забавно пыхтит. – Макс, знаешь, кто ты?
– Угу. Я самый лучший, и признай уже этот факт.
– А главное, скромный, – злобно бурчит она, принимаясь яростно строчить ему сообщение.
Выждав паузу, я всё же решил поинтересоваться:
– Позволь узнать, зачем он тебе нужен?
– Он мне обещал струны поставить новые на гитару.
– А меня попросить религия не позволяет?
– Он тоже мой друг…
И эта фраза выбивает меня из колеи.
– Тоже?! Юль, ты мозг что ли отморозила?! – не сдержавшись выкрикнул я.
– Не повышай на меня голос! – в ответ рявкает она.
– Не буду, – говорю я. – Если ты будешь держаться от него подальше.
– Да куда уж… Ты даже не поленился расписание наше перекроить, только бы мы с ним не пересекались.
– И, судя по всему, не зря. Но расписание я сменил для нашего с тобой удобства, чтобы мы могли вместе ездить на работу и обратно. Напиши ему, что тебе не требуются его услуги.