Разбудило меня едва уловимое движение рядом. Нависнув надо мной, словно хищник, Макс тянулся к моим губам. Окидываю кщё сонным взглядом его обнажённый торс, одним своим видом способный лишить рассудка. Запрокидываю голову, дразня и играя, не позволяя ему завладеть моментом. Запустив пальцы в мои волосы, он нежно прихватывает мою нижнюю губу, покусывая и лаская одновременно. Чувствую его возбуждение, его жар, обжигающий сквозь ткань моей одежды. И вдруг в районе моей головы назойливо зажужжал его телефон. Краем глаза я увидела на экране высветившееся имя: «Элина». Резко толкаю его в плечи, вкладывая в это движение всю гамму чувств – от разочарования до гнева. Ошеломлённый, он нахмурился, не понимая, что произошло.
– Получила доступ в святая святых? – киваю на телефон. – Ну, отвечай, не разочаровывай даму, – в коротком глухом смешке едва узнаю себя. – А лучше начинай взимать плату, судя по тенденции, будешь иметь огромный спрос.
Поднявшись с постели, вызываю такси и торопливо убираю ноутбук в сумку. В прихожей тянусь за курткой, но Макс вырывает её у меня.
– Я не отпущу тебя никуда!
– Дай мне одеться!
– Второй час ночи! Я сказал, что ты никуда не поедешь! – в ответ горланит он.
Вспыхнувший экран телефона сообщает о том, что такси уже прибыло. Макс выхватывает его у меня из рук.
– Марецкий, не смей! – взвилась я, пытаясь выхватить его обратно, но силы неравны.
Он без труда перехватывает мои руки и дёргает, буквально впечатывая меня в себя.
– Ничего не было, – вкрадчиво произносит он. – Тебя только хочу, – и отпустив, убирает мой телефон себе в карман. – Юль, я устал сегодня. Ложись в спальне, а я в гостиной. Ночью не отпущу, – ставит точку в этом разговоре и уходит в комнату.
Умывшись, долго сижу на краю душевой кабины, словно окаменевшая. «Дэн прав, он не изменится. Я обманываю себя». Через некоторое время крадучись, заглядываю в гостиную: Макс, погруженный в свой мир, в наушниках, терзает гитару. Бреду в спальню и опускаюсь на кровать. Поспать удаётся всего пару часов, с рассветом нахожу свой телефон, вызываю такси и еду домой.
А вечером мне присылают приглашение от нашей редакции на корпоратив в честь восьмого марта. Это мероприятие появилось как нельзя вовремя и сулило надежду как-то разбавить мысли о Максе новыми впечатлениями, знакомствами и перспективами. Поэтому с утра еду в салон – причёска, макияж, лучшее бельё и платье – оружие, способное сразить на повал. К чёрту Марецкого! Кругом полно достойных мужиков, на мой век точно хватит.
Глава 11
Макс
Целый день ей звонил, не отвечает. Подъехав к её дому, я вышел из машины и посмотрел на её окна. Темно. Почти полночь. Машина её стоит возле подъезда. «Макс, зачем ты припёрся? Она, наверное, больше не захочет тебя видеть», – шепнул внутренний голос. Это ж надо было этой суке позвонить, а главное, я не давал ей свой номер, но кто-то из клуба вполне мог поделиться. Заблокировал её в тот же момент, как Юлька рванула одеваться. Дэн прав, я её недостоин. Вопрос в том, что мне теперь со всем этим делать, что клокочет внутри?
Немного постояв, всё же закрываю машину. Поднимаюсь на этаж и надавливаю на кнопку звонка. Тишина. Позвонил ещё раз. Никого. Набираю ей – «абонент недоступен». Звоню Лере и Алёнке, никто не знает, где она. Набираю Дэну, не отвечает. Отчего-то непрошено в голову лезут криминальные сводки. Сажусь на ступеньки и прикидываю, где она может быть.
В первом часу ночи слышу, как открывается подъезд. Среди двух голосов узнаю её смех. Через минуту открываются двери лифта на этаже. Юля, с охапкой цветов на перевес, и молодым мужиком в комплекте, весело и задорно смеётся. Выходит из лифта и замечает меня.
– Макс...
– Я-то Макс. Это кто? – киваю на её сопровождающего.
– Это Олежка, – расплывается она в улыбке.
"Олежкин" взгляд – смесь испуга и неловкости. Но он явно трезвее моей снежной королевы, поэтому быстро соображает, что к чему и, натягивая дружелюбную улыбку, произносит:
– Юлечка, ещё раз с праздником, ты прекрасна. Было весело. Я поехал.
– А ну, стоять! – гаркнул так, что даже не узнал вибрацию собственного голоса. Поднялся со ступенек и подошёл к ним.
Юля фокусирует на мне взгляд:
– А я… А мы тут… это…помог цветы донести…вот, – она тычет мне цветами, от которых разит лилиями и перегаром.
«Олежка» мнётся возле лифта, словно надеясь на «чудо-эвакуацию».
– Вижу, – сухо роняю я. – Ещё и хорошо выпившая. Телефон твой где?
– Телефон? Богу душу отдал, – разводит она руками.
– Значит, цветы помог донести? – спрашиваю, отстраняя Юлию. – До самых дверей? – «Олежка» послушно кивает, хотя выглядит так, будто его только что приговорили к году исправительных работ в Заполярье. – Как это любезно. Ну, пойдём, что ли, чаю попьём? Познакомимся поближе.