– Дэн где?
– Подъезжает, – отозвалась Лера.
В груди поднялась волна раздражения. Достал опаздывать… И тут, словно насмешка судьбы, в дверях появляется Дэн. И не один – с Юлькой. На лице у него сияет самодовольная улыбка.
– Не понял? А Маринка где? – мой взгляд, полный непонимания, устремился на мать моего ребёнка.
– Она с нашей няней, – коротко ответила Лера, стараясь сгладить неловкость.
– Юль, ты оставила ребёнка с няней, чтобы приехать сюда с ним? – слова вырвались из меня, словно пробка из бутылки шампанского.
– Она не обязана перед тобой отчитываться, – дерзко бросил Дэн.
– А тебя я вообще не спрашивал! За столько лет так и не выучил, что такое пунктуальность… И никто не обязан тебя ждать! У Леры, между прочим, семья!
– Лер, прости, – виновато пробормотал Дэн.
– Макс, у меня тоже работа, – попыталась оправдаться Юля. – Мне нужно было срочно дела в редакции уладить.
– А его ты тоже в редакции подобрала?
Ответа и не жду, молча иду наливать себе кофе. Юля, Алёнка и Лера устраиваются на диванах с чаем и до меня доносятся обрывки их разговора.
– Я не понимаю, зачем ты съехала? Всё равно Марину у нас оставишь на время операции. Да и тяжести первые дни нельзя будет поднимать. Как ты с ребёнком будешь справляться? – возмущается Лера.
– Так же, как последние полгода справлялась. А потом мне сказали: операция не сложная. Это на несколько дней всего.
– Честно, не понимаю этого героизма, – в голосе Леры явное неодобрение.
– Уж кому рассуждать о героизме, – ухмыляется в ответ Юля.
Мы неспешно работали над записью композиции, а когда за Юлькой прибыло такси, я подошёл к Лере и тихо попросил:
– Отвлеки Дэна, пожалуйста.
Выхожу на улицу вслед за Юлькой.
– Как сама? Переживаешь? – задаю ей вопрос.
– Больше за Маринку, чем за себя. Она будет плакать без меня ночью, я точно знаю.
– Юль, а может, она со мной побудет?
– Макс, мне будет спокойней, если она с Лерой останется.
– Ну, а гулять я с ней могу?
– Конечно. И не корми лишним, я Лере список оставила.
– Я понял. Спасибо тебе.
Помогаю ей сесть в такс и, тяжело вздохнув, провожаю взглядом уезжающую машину.
Дверь студии глухо хлопнула за спиной, заставив обернуться. Алёнка с Ромкой.
– Благополучного вам разрешения, – Лёля заключила меня в объятия. – Верьте, что всё хорошо будет.
– Спасибо, – ответил я, и попрощавшись с ними, вернулся к работе.
Юля
Первую ночь в больнице даже глаз сомкнуть не удалось. А рано утром в палату приходит анестезиолог. Задаёт множество вопросов и рассказывает, как всё будет проходить, успокаивая тем, что риск осложнений очень низкий.
На следующий день первая ко мне приезжает Лера.
– Ну, как ты? – первое, что спрашивает подруга, войдя в палату. – Выглядишь хорошо.
– Нормально. Маришка плакала ночью? – материнское сердце не обманешь, оно всегда чувствует родного ребёнка.
– Ой, Юль, у нас Макс ночевать остался, он с ней всю ночь на руках и проходил. Даже не дал мне её, – рассказывает она. – На завтрак её только принёс.
Достав из сумочки телефон, показывает фотографию, на которой Макс спит на кровати, а у него Маришка на груди сопит. – В шесть утра уморились оба, – смеётся Лера.
Глядя на экран я не смогла сдержать улыбку.
– А перекинь мне, – прошу её, и она тут же выполняет мою просьбу.
– Юль, ты же понимаешь, что отец он отличный? И тебя он любит.
– Отличный, – соглашаюсь я, – но на счёт любить… Боюсь, у Макса в принципе такая опция отсутствует. Да и сейчас наверняка кто-то греет его постель.
– Я ни с кем его не видела последние полгода точно. Он, по-моему, вообще после твоего отъезда решил утопиться в работе и учёбе.
– Лер, у Макса есть определённые физиологические потребности. У него всегда кто-то под рукой был и будет. И я иллюзий на его счёт больше не питаю. Не желаю быть подручным средством.
– Не знаю, что тебе на это сказать. Но сейчас, наблюдая за ним, мне кажется, он даже повзрослел с вашим приездом. Хотя он всегда ответственным был.
– Вот и я о том же. Его ответственность не позволяет оставить ребёнка без отца. И он ради этого готов жить с нелюбимой женщиной. Только я не готова. Лер, он наседает на меня из-за Маринки. Сразу озвучил, чтобы я даже не рыпалась из Москвы.
– Почему ты так уверена, что ему нужна только Маришка? – в голосе подруги звучит сомнение. – И… он так смотрит на тебя.
– Лер, Макс – виртуоз в части оттачивания граней женской души. Очень тонко чувствует, какие струны надо задеть у женщины, чтобы получился аккорд. Со мной он пытается взять сразу баррэ. Но в данном случае по Станиславскому…