– Юлька, терпи, моя хорошая. Ещё немного… – говорю я, вытирая пот со лба.
Через несколько мгновений я держу на руках крохотный и пищащий комок. Вижу маленькое личико, облепленное чем-то склизким и непонятным. Оборачиваю дитя в свою рубашку.
– Ну что, Макс? – выдохнула Юля, ещё тяжело дыша. – Как тебе наше путешествие по Золотому кольцу? Незабываемо, правда?
– Жена моя, – прошептал я, глядя ей в глаза. – Если я ещё когда-нибудь захочу без защиты… пошли меня куда подальше!
В этот момент вой сирены нарушил тишину. Скорая. Мы встретились взглядами, и нас накрыла волна дикого, безудержного смеха, пробивающегося сквозь пелену слёз. Подлинная истерика.
Медики забирают Юльку с ребёнком в свою машину.
– Юль, я эвакуатора дождусь и к вам приеду.
Она устало кивает и тут же усмехается: – Ну теперь можешь Сашке хвастаться.
Я машинально кивнул, хотя сейчас больше всего хотелось опрокинуть в себя грамм сто чего-нибудь горячительного. Посмотрел ещё раз на неё, потом на ребёнка, и снова на Юльку. И понял, что она права. Незабываемо. Идиотская поездка, сломанная машина, роды в лесу… И всё это – ради неё. Целую жену, медики закрывают дверцы «Скорой», и, провожая её взглядом, я точно знал, что в следующий раз я не только надену защиту, но и куплю новую машину.
Эпилог
Спустя четыре месяца.
Юля
Пока стою на светофоре, улыбаюсь зеркалу заднего вида, в котором наблюдаю Полинку, спящую в переноске, и Маринку, листающую книгу, которая бурчит себе под нос вольный пересказ по картинкам. Для её возраста у неё потрясающе развита речь, а ещё мы с мужем обратили внимание, что слух у неё хороший. Макс часто вечерами играет ей на гитаре и поёт свои песни.
Несмотря на всю суету и бессонные ночи, я счастлива, как никогда. Наверное, я просто закрыла свои потребности. Сейчас я стараюсь совместить материнство, карьеру и дом, и мне это удаётся. Когда женщина любима, у неё вырастают крылья за спиной, и я летаю на этих крыльях высоко, не боясь упасть. Мой муж дарит мне спокойствие и уверенность в завтрашнем дне, не давая даже на секунду засомневаться в его чувствах ко мне. Словно начался новый цикл наших отношений, во взаимопонимании, доверии и даже мудрости. Доверие – это не только слова, но ещё и действия: умение слушать, понимать, прощать, готовность быть рядом в трудные минуты и радоваться успехам друг друга. И мне кажется, мы с Максом справляемся, и эти действия становятся основой наших отношений.
– Мам, я рисовать хочу, – прорывается в мои мысли Маринка.
– Сейчас уже приедем, и с папой будешь рисовать.
Сейчас мы направляемся в его фитнес-центр. Дважды в неделю я отдаюсь во власть тренажёров и прохладе бассейна, а Макс занимается с детьми. Правда, ворчит на меня, когда я, увлечённая, переступаю черту допустимой нагрузки, опасаясь, что молоко совсем пропадёт. Но у меня и с Маринкой молока было немного, приходилось докармливать. Припарковавшись, выгружаю из машины детей и две тяжёлые сумки – свою и детскую. Открываю двери фитнес-центра и невольно застываю на пороге: администраторша снова вьётся вокруг моего мужа. К счастью, он бывает здесь пару раз в неделю, лишь контролируя работу персонала. В остальном «В движении» и в студии бурлит жизнью.
Макс
Спускаюсь на первый этаж, Юлька должна вот-вот приехать с детьми .
– Макс, так ты мне не ответил, насчёт отгула? – раздаётся за спиной голос.
– Я же сказал, найдёшь себе замену, можешь быть свободна, – отвечаю администратору.
– Где я её найду? Ну, пожалуйста, мне всего день нужен, – она кокетливо улыбается, гордо выпятив свою грудь.
– Я за тебя работать должен? Людей и так не хватает, сейчас самый сезон. Так что нет.
Показываю, что разговор закончен и, обернувшись, натыкаюсь взглядом на свою жену. В последнее время она научилась выразительно молчать… Очень выразительно!
В мои объятия с криком «Папа!» с разбегу влетает Маринка, которую поднимаю на руки. Жена, подойдя к нам, приветствует администратора, при этом делая лицо с субтитрами, на котором написано, что её вежливость – это не то, что она думает.
– Ты свободна, – кидаю работнице, и она удаляется. И первой фразой, подкинутой мне инстинктом самосохранения, стало: – Это не я.
– Да-а-а? – удивлённо вскидывает брови жена. – О чём говорили?
– О погоде, – буркнул я. – Блин, Юль, о чём можно говорить с сотрудниками?
– Значит так, синоптик! Ещё раз с ней рядом увижу – выпадешь в осадок без штормового предупреждения.