Потому что везде, где только можно было, находились свечи, огоньки, гирлянды. Ужин на крыше! Когда он успел? Неужели в сговоре с Аллочкой? Не зря она меня отправляла домой, настаивала на том, чтобы я поехала и прихорошилась. Ну я ей задам! Если она реально причастна к этому.
– Только не говори, что и ужин сам приготовил? – обернулась я к нему и произнесла, когда отошла от первого приятного шока.
– Хорошо не скажу, – развёл он руками.
– Да ладно! – я прикрыла рот и нос ладонями. – Правда что ли приготовил?
– Ну, когда бы я успел, Жень? Я вообще волшебник, конечно, но сегодня не до такой степени, – он подмигнул мне.
– Спасибо тебе большое, – прошептала я, – это всё действительно волшебно!
Он не сводил с меня глаз и улыбался, похоже тоже от счастья, как и я.
– Попробуем? – он взял меня за руку, повёл к столу, усадил и сел сам. – Что тут мне удалось наколдовать на ужин? – и он разрезал баранину на своей тарелке и протянул кусочек мне.
– М-м-м, – я стянула кусочек губами, – это очень вкусно! – наслаждалась я. – И сам-то попробуй, не то я всё съем. Я такая голодная после прогулки!
– Вот как! Неужели не наелась шаурмой?
– Ты же сам её всю и слопал! – весело протрещала я.
– Сама виновата! – возмутился он. – Не надо было отказываться, я бы тогда взял две. А так – не захотела – голодай, а на чужое угощенье не нападай.
– Жадина! Отдавай тогда свой ужин мне, – рассмеялась я и стала тянуться за стейком в его тарелке.
Он перехватил мою руку. И посмотрел на меня внимательно, я даже испугалась, взгляд пронзил меня насквозь, и теперь Фарид просто съедал им меня. Ощущение было такое будто узнал.
– Что? – спросила я его насторожено.
Он качнул головой.
– Ты всегда носила такую причёску? – его неожиданный вопрос меня снова взволновал.
– Не-е-т, – тихо произнесла я, – у меня были разные: то каре, то длинные, то снова короткие. Я экспериментировала.
– А фото есть?
«Вот ещё! Фото ему подавай».
– Есть, но дома. В альбоме. Сейчас ничего нет в телефоне.
– А в соцсетях?
«У меня внутри всё похолодело. Вот дурында! Собралась признаваться, а когда приходит подходящий момент пасую и упускаю его».
Я начала судорожно думать, нет ли там моих студенческих фото.
«Фу-ух, кажется нет».
– Там меня тоже нет, вернее я есть, но моих фото мало и все недавние.
Я, когда отошла от трагических событий, создала другую себя и странички соответственно тоже новые открыла. А когда вышла за Демида – стала Королевской и сразу исправила фамилию в соцсетях.
Да и он, видимо, меня ещё не искал там, а если и искал – пусть сам начинает этот разговор. Чёрт! А я, как и прежде, к нему не готова.
– А как тебя называют твои близкие друзья, родные?
«Продолжается его «расследование».
– Да по-разному. Подруга называет Жека или Женёк. Для сотрудников я Евгения Викторовна. Ну а ты?
– Что я?
– Ты и по паспорту Амир? – буду тоже нападать.
Я не теряю надежду, хоть что-то понять, хоть за что-то зацепиться в наших с ним беседах, поэтому тоже буду стараться задавать провокационные вопросы.
– Да, – без доли сомнения ответил он.