– Зачем это тебе, любимая? Если ждёшь извинений. Их от неё ты не дождёшься. По крайней мере сейчас.
– Это для неё большой удар. Одного сына потеряла, а теперь и второго теряет.
– Не переживай за неё. Её скоро успокоит Джали. Я попросил её приехать к ней и рассказать всё. Как было на самом деле. Привезти и показать внука. Имеет право. Пусть хоть сейчас родичаются. Не трону я её! – Фарид пресёк мою попытку снова просить его оставить старушенцию в покое. – Если бы не Джаф, уже бы давно была счастливой бабушкой. Глядишь и трагедия бы так не бередила душу, и этой дикой непонятной мести не было бы. Не убила она тебя, как должна была. Не отработала правильно задание сына. И-и-и, я так понимаю, случиться это должно было ещё в Турции, но ты что-то затянула с этим чаем. Всё не травилась и не травилась. Джаф даже вынужден был сюда приехать и уже сам заканчивать мамин промах. Мне уже кажется, если бы не ты в него, он бы сам мог в тебя выстрелить. Хоть изначально я не был в этом уверен. Духу бы не хватило. Гад, сволота! Но этот подонок уж точно ответит.
– Как? – испуганно спросила я. – Его ждёт участь Амира? – с опаской посмотрела на Фарида.
– Нет, Жанна! Нет! – твёрдо произнёс он. – Я так вопросы не решаю – это раз. Амир – это, как ты уже знаешь, не наших рук дело – это два. Я послушал ваш разговор в записи. Он, конечно же, выдал тебе свою версию событий, а я потом расскажу всё детально, как было на самом деле, но не сейчас. Буду выдавать информацию дозированно, – усмехнулся он. – И вообще тебе нельзя нервничать. И он, – Фарид выделил, – уже не твоя забота.
– Может и нельзя, но по-другому не получается.
– Надо себя заставить, – взял он меня за плечи и посмотрел пристально в глаза. – Жень, да не переживай ты так за него. Умрёт он своей смертью. Ну, по крайней мере, мы к ней отношения иметь не будем. Всё по закону.
– А я? Я же в него стреляла?
– Уладим. Вернее, уже даже уладили всё.
– Ну как же? – с опаской спросила я. – Оружие в доме, но это ладно, у вас есть все разрешения, я уверена, но пуля ведь мною выпущена, да и потом…
– Я же сказал, всё уже уладили, не твоя забота, – он обнял меня.
– Мне страшно. Дети.
Фарид обнял меня ещё крепче.
– Ай, раздавишь.
Он отстранился, поднял мой подбородок и снова пристально посмотрел в глаза.
– Не смей бояться! Я с тобой! А значит и ответственность за твоё «бояться» лежит на мне. Давай так, как только удумала это делать – начинай улыбаться и зови меня. У тебя проблема – у меня решение, у тебя сомнения – у меня определённость, у тебя страх – у меня победа над ним. И так будет теперь всегда! То же самое касается теперь Артёма и Тимура. Мы не будем бояться. Страх это всего лишь просто отсутствие знаний, а у нас их полным-полно во всех направлениях.
Мне кажется я всемогущ! Теперь, когда я знаю, что ты жива и была жива всё это время, и что у нас есть дети! Мои собственные дети, – затем он помедлил. – Жа-анн, – и он так жалобно посмотрел на меня. Я улыбнулась. – Ну скажи им, что я у них есть. И всегда был! Что я не космонавт и не моряк, с печки бряк, как принято говорить детям. Что я живой, а не воображаемый папа.
– Я скажу, Фарид, обязательно!
– А вообще я хочу с ними сам поговорить.
– Давай я сначала. А ещё лучше давай вместе!
Я прижалась к его груди. Исходящее изнутри тепло окутало меня словно коконом. Он стал раскачивать нас с маленькой амплитудой, и в колыбельке его объятий я снова погрузилась в здоровый сон.