— Что, черт возьми, это значит?
— Это значит, что кто-то легко может сфотографировать тебя, стоящего рядом с девушкой, которая трогает тебя за руку, и написать заголовок «Картер Беккет: уже изменяет». Будь внимателен, вот и все. Сейчас тебе нужно думать о ком-то другом. Подобная фотография смутит Оливию.
— Точно, — честно говоря, сейчас я не могу чувствовать себя более тупым. Как получилось, что мне нужно объяснять это в двадцать семь лет? В любом случае, я благодарен ему за предупреждение, потому что как только мы садимся, ко мне на колени бросается девушка.
Я не уверен, что реагирую адекватно. Я вскидываю руки вверх, случайно спихивая ее с моих коленей на пол, когда вскакиваю на ноги и кричу: «У меня есть девушка!»
Я делаю несколько глубоких вдохов и оцениваю ситуацию — мои друзья смеются. Я помогаю ошеломленной девушке встать на ноги.
— Мне так жаль. Я не хотел тебя сталкивать.
— Все в порядке, — она хихикает, прямо перед тем, как прижаться к моему торсу.
Э-э-э…
Взяв ее за бицепс, я осторожно отодвигаю ее, делаю от нее шаг влево, опускаю ее, и повторяю: «У меня есть девушка», а после возвращаюсь к своему столику.
— Девушка, да? — Адам смешно ухмыляется, насупив брови. У него уже есть маринованные огурчики, обжаренные во фритюре, и я хочу знать, откуда они, черт возьми, появились. — Подставляешь себя под открытый огонь?
Я беру с его тарелки маринованный огурец и обмакиваю его в сметанный соус.
— Что ты имеешь в виду?
Он пожимает плечами.
— Я думал, вы просто ходите на свидания.
— А разве это не одно и то же?
Гарретт и Эмметт хихикают, а Адам хмыкает над едой, мотая головой.
— Тебе еще многое предстоит узнать о женщинах, парень.
— Я на три года старше тебя.
— И все же я на годы опережаю тебя в умственном развитии.
— Пошел ты, — я краду еще один огурец, чтобы отвлечься от того факта, что он прав.
— Пока у вас не было конкретно этого разговора, Оливия не твоя девушка. Она девушка, с которой ты ходишь на свидания, а это значит, что вы узнаете друг друга, наблюдаете, совместимы ли вы, достаточно настоящие ли у вас чувства, чтобы перевести это в статус реальных отношений.
Какого хрена? Я уже знаю, что мы совместимы. Она не боится говорить прямо, когда я косячу, а я не боюсь ставить ее на место. Которое, прошлой ночью, было на полу, пока я до бесчувствия трахал ее. А еще, она смеется над всеми моими шутками. И от ее улыбки растет моя. И ее рука очень приятно ощущается в моей. Знаете, так, идеально. И когда я обнимаю ее, я могу буквально поглотить ее всю.
А чувства? Я знаю, что мои достаточно реальны. Это единственное объяснение, почему я не смог забыть ее после того, как она ушла. А ее… ее чувства еще недостаточно реальны? Она не знает?
— Это также означает, что в это же время она может встречаться с другими людьми, — добавляет Гарретт. — Ваши отношения не эксклюзивны без этого ярлыка, а его не будет без разговора.
— Что? Нет. С другими людьми? Нет, — ей нельзя. Я запрещаю. Я отправляю ей сообщение, прежде чем успеваю остановить пальцы.
Ты встречаешься с другими?
Мой телефон мгновенно начинает вибрировать, и я нажимаю «Принять», не проверив сначала имя.
— Олли? — в моем голосе явно слышится насколько я раздражен, надо как-то от этого избавиться. Я прочищаю горло и пытаюсь снова, но уже с большим безразличием. — Оливия? Привет.
— Ты серьезно взял трубку только потому, что подумал, что я твоя девушка? Ты игнорировал меня весь чертов день, Картер Беккет!
Моя грудь раздувается от большого вздоха.
— Привет, мам, — я игнорировал ее не специально. Ее сообщения начали приходить тогда, когда я разговаривал по телефону с Оливией, пытаясь решить проблему со статьей до того, как это дерьмо попадет на вентилятор, но это все равно произошло. Потом я сосредоточился на том, чтобы заставить Оливию ответить на мои сообщения, а после этого я сел в самолет. — Как поживает самая красивая в мире девушка? — старше пятидесяти, мысленно добавляю я.
— Не пытайся меня умаслить, Картер, клянусь, — почти кричит она. Она явно злится.
— Ты злишься.
— Ты чертовски прав, милый, я злюсь!
— Ты меньше злишься, когда называешь меня милым, — не тычь в медведя, говорил мой отец. Но мне нравится это делать. — Уже то самое время месяца? Я был уверен, у меня есть еще неделя, прежде чем вы с Дженни и ваши синхронизированные циклы начнете меня атаковать, — тык, тык.