удалась. Но, есть одна замечательная вещь. Я знаю, что у Миши был охеренный талант именно в написании лирических композиций. «Воспоминания… Утренний рассвет… Соловьи. Утро…» И еще другие так и не записанные демки. Сейчас очень жалею, что не было тогда записывающих аппаратов. Ну или просто не стали придавать этому значения. Очень зря, сейчас жалею. В общем, никто не может даже догадываться, насколько классную лирику он писал. Это не три песни… Это было в моменты нашей с ним близости. Нет, не той пошлой… Близости наших душ. Когда мы сидели поздней ночью на квартире, в каждом уже приличная доза алкоголя, лампочка мигает, потому что плохо подходят к ней контакты, абажура, как можно догадаться, не имеется. Мишка сидит, играя на гитаре какую-то медленную мелодию. Она не закончена, она не входит в наши альбомы. Скорее, она отображает его настроение. И поверьте мне на слово — эта мелодия великолепна… была. Я пытаюсь вспомнить ее… наиграть. Но все не то… Уж слишком много лет прошло, но свои чувства в этот момент я прекрасно помню: Расслабленность, спокойствие… чувство какого то уединения и уюта… Да, это все Миша.
Я бы еще очень хотел поделиться с вами одной историей, что произошла, для
меня совсем недавно, а по факту уже давно. Миша в тот период боролся со своей зависимостью, да помимо наркотической, еще и с алко… Давалось это сложно, потому что максимум людей, с которыми Миша контачил, считали свои долгом немедленно выпить с ним. Причем это были и парни с группы, и всевозможные друзья со стороны других групп, да и просто. Но и это еще не все. Миша сам по себе не был контактным человеком, но популярность сделала свое дело. Он не отказывался от аудиенции с фанатами, а те считали так, что если встретить Горшка и не выпить с ним, то день прожит зря. А Миша безотказный в этом плане был абсолютно, тем более он сам этого хотел, хотя и был подшит. Лично я пил вот каким образом: Брал бутылку, стаканчик, отворачивался от Миши, вставая к нему спиной, наливал себе, выпивал, и только потом поворачивался обратно. А вот остальным было до фени. Пили прямо рядом с ним, не заботясь, что Миша сжимал зубы, отворачивался, только бы побороть тягу к спиртному. Но да это еще были цветочки. Однажды у нас должен был состоятся тур в поддержку нашего нового
альбома «Тень клоуна». 2008 год на дворе. Аэропорт. Мишка как раз подшился от алкоголя, завязал с наркотой... вернее правильно будет сказать — держался молодцом и не срывался. Мы работали на износ, готовясь к предстоящему туру, прогоняли программу раз за разом до того уровня, чтобы отскакивало от зубов, как говорится. Звук был на высоте, музыканты отлично подготовились. Тур предстоял небольшой — на десять дней, в, кажется, семи городах, или восьми. Однако, это был лишь разгон. За таким туром ожидался масштабный, на месяц, да заграницу. Группа была в полном составе, оставался только Миша. И вот он замаячил на горизонте. Увидя его, я просто потерял дар речи. Это был не Миша. Это было непонятное наколотое существо, которое едва передвигалось, ввиду своего состояния. Это существо не было под алкогольным опьянением, нет, чтото другое. За столько времени общения с Горшком, я научился распознавать любое его состояние. И сейчас он был именно под дурью. Сердце ухнуло вниз. Ну как же так?! Только я подумал, что наконец-то все налаживается, как на тебе! Он еле-еле дошел до нас, и упал на скамейку. — Здарово! — фыркнул он и улыбнулся. Я опустился рядом с ним, заглянул в глаза. Расширенные зрачки кайфа. — Что ты наделал, Миш? — прошептал я. — У нас ведь тур… — И что? Да я в любом состоянии выступать могу!
Я глянул на его руки. Без дорог. Значит не под героином, да и состояние у
Михи под этим наркотиком совсем иное, нежели сейчас. Я сразу понял, что дело — труба. Нормального тура не получится. Так и вышло. Весь тур Мишка был совершенно никакой. Вот абсолютно.
Концерты давались с трудом, ибо вокалист явно не справлялся со своим обязанностями, и соответственно все приходилось тянуть мне: помимо вокала еще и организационные вопросы. А сейчас я хочу рассказать как проходил наш тур. Это было примерно так: наши парни как обычно, сидели по номерам, отдыхали, готовились… Мишкино времяпровождение было иным. Говорю лично с того, что видел. Во первых Миша продолжал сидеть на наркоте. Он не спал, не ел. Разве что,
питался какими то кусочками. Весь его день он играл в компьютер в Готику. Чтобы не засыпать, он пил энергетики, мешая все это с кокаином. Скорее всего это был он. Так же, чтобы не спать, он пил кофе… с коньяком. Ни на кого не обращая внимания, он продолжал гробить свое здоровье семимильными шагами. Вы только представьте эту адову смесь: энергетик, алкоголь и кокаин… При всем том, человек не ест и не спит. Представили? Нормальный бы на таком режиме давно бы кони двинул, но Миша был крепким. По крайней мере, ему так казалось. И, видимо, казалось всем. Наверное всем, кроме меня. Нет, еще Пашки пожалуй. Именно Паша приходил однажды к Горшку, через дня три после начала тура. Он пришел, постарался вытащить Мишу из игровой зависимости. — Иди, хоть воздухом подыши, Миш! Там ведь все наши гуляют, развлекаются… — Паш, тут понимаешь, онлайн игра! Я должен помогать громить. Я не могу отвлекаться… — Ты вообще ел? — обеспокоенно спросил Сажинов. Миша не ответил. — Спал?
— продолжил свой допрос клавишник. А Миша снова не ответил. — Всех… всех убью… — шептал он, ведя битву на компьютере. Он был явно не в себе. И не реагировал ни на кого.
— Андрей, может ты что-нибудь сделаешь? — спрашивали меня, а я пожимал плечами. — С Мишей я мог бы что-то сделать, но вы ведь сами видите, что это — не Миша. Сложно достучаться до отключенного сознания.
И так прошло время. Я ненавижу его, ненавижу видеть Горшка перед собой
вот таким… Я так хочу помочь ему, но вот он не хочет… ему плевать. — Сдохнешь когда нибудью и что? Оставишь меня и группу?! — Ты будешь вести всех… ты справишься, Андрюш, — говорил он мне. — Ты просто эгоистичная тварь! — Да… не спорю… — Я ведь люблю тебя. Ты же знаешь. — И я тебя… Поверь мне, я буду всегда рядом с тобой, — Миша погладил меня по лицу и зашел в автобус.
Вот что, что... А он и вправду, всегда рядом...Даже если косвенно. И сейчас, на сегодняшний день, мне чертовски не хватает Мишки… не
просто как человека… друга… любимого… но и как просто талантливого музыканта. Признаюсь, я повторить этого не могу… Хотя, может я просто слишком предвзято плохо к этому отношусь… С уверенностью, могу заявить, что одна из важнейших черт Горшенева была именно лирика. Именно тогда, еще в девяностые, в нем беспрестанно боролись два существа. Один хотел жарить панк-рок, а другой дарить нежности и покой. Первый победил… Но второй так или иначе, зачастую выдавал что-то, что становилось хитом. Вот так вот, а вы говорите… Эксплойтед…