И Оливер перевёл пристальный взгляд на Анжелу.
Он не лукавил, он правда хотел того, что перечислил ей. Разве что детей в половину меньше, так как дети - это в понимании мужчины удовольствие весьма затратное в плане ресурсов. Да и еду готовить можно через день, ведь жена тоже должна работать и реализовывать себя на карьерной лестнице, но это Анжеле знать необязательно. С её амбициями она может взлететь очень высоко, было бы крепкое мужское плечо, способное её хорошенько подкинуть.
- Так ответь мне,- тихо произнёс мужчина,- Ты меня не предашь?
Анжела вся похолодела в его руках, как ледышка, но всё равно утвердительно кивнула головой.
Оливеру этого было достаточно.
О чём говорят стены
Оливер Кан обычный мужчина, привыкший получать то, что хочет. Стоит признать данный навык весьма полезен. Однако для человека его статуса вполне естественно ожидать, что окружающие словно в изумительно ритмичном танце примутся носиться туда-сюда, чтобы исполнять его прихоти. Оливер был скромен от природы, но недостаточно кроток, чтобы скрывать свои желания. Приобретя твёрдый характер, мужчина требовал той же твёрдости от всех окружающих его людей, и в первую очередь от подчинённых.
Энн этого не понимала. Точнее понимала лишь наполовину от того, кем был Оливер Кан. Он представлялся ей не в самом выгодном для себя свете, однако не подозревал этого. Для него с высоты своего положения было бы странно размышлять о том, что о нём думает некая женщина, сидящая в приёмной и работающая офис-менеджером за небольшую зарплату.
Осознав, что коллеги, очевидно прислушавшись к слухам, пускаемым Анжелой, преисполнились предубеждения на её счёт, Энн переключила всё внимание на работу, заваливая саму себя неотложными делами. Она фактически не вылезала из-за стола, всегда чем-то занимаясь. По большому счёту она пряталась от людей, ходя и находилась перед глазами, в проходной.
Сотрудники продолжали молчать, обходя Энн стороной, а она всё больше погружалась в работу, забывая даже об обеде. Когда-то такое уже было. В прошлой жизни, когда вместо еды она бегала по этажам с поручениями. Сколько килограмм она сбросила такой гонкой?
«Ну хоть фигура наконец будет красивой»,- усмехнулась про себя Энн, глянув на время, показывающее второй час дня.
Дверь в отдел была открыта и оттуда доносились голоса коллег, обедающих прямо за рабочим местом. Был и смех, и весёлые вскрики и задушевные разговоры. И создавалось впечатление, что от такой общности и поддержки даже грубый начальник был этим людям нипочём.
Странное ощущение. Прежде Энн такого не знала.
Поддержка? Взаимопомощь? Внимание к деталям?
Ха-ха.
И становилось всё грустнее от понимания, что история снова повторилась. Опять. Та же и самая история с отвержением людей.
«Всё как всегда,- подумала Энн,- Вновь не у дел».
Вновь женщина вынуждена со стороны наблюдать за гармоничным миром, который ни в какую не подпускает её к себе. Она чужая для них всех. Обыкновенная чудачка, которая совершенно не вписывается в изысканную картинку роскоши и шика.
Кто она? Глупая-глупая Энн, которой всего дороже уединение с какой-нибудь незамысловатой книжкой посредственного содержания, нежели задушевный разговор с подругами о событиях минувшего дня.
Подруги. Энн едва не фыркнула на всю приёмную от абсурдности этого слова. Уж ей-то доподлинно было известно, что скрывается за этим словом для неё лично. Ничего хорошего никогда женщина не получала от так называемых подруг. Только с Элисон могла она порой поговорить по душам, но редко и мало, так как девушка была сильно занята в «ForbesIndustries».