Оливер вышел наружу и присел на ступеньки дома. Летняя ночь тихо плыла, окутывая мужчину ощущением покоя и умиротворения, но на душе у него было неспокойно. Кто станет следующим главой их подразделения? Неужто Марк? Если опасения Фила верны, то им обоим придётся несладко в ближайшем будущем. А ещё Анжела болтала с этим типом половину вечера... Это нехорошо.
Больше всего в жизни Оливер не любил, когда история повторялась, а она чёрт возьми снова и снова, с каждым оборотом вокруг солнца и своей оси возвращалась к истоку. И ему вновь и вновь приходилось переживать одно и тоже. Что за напасть?
Оливер обернулся, всматриваясь в так и уснувшую на диване Энн. Вот такого точно ещё ни разу не случалось. Что же она делала в доме? Неужто и правда подслушивала? Может быть похоже на неё. Сумасшедшая дикарка. Осмелилась же прийти, да ещё в таком платье. Открытые руки, ткань облегает до колена, закрытая грудь - фантазируй сколько хочешь, называется.
Упрямая. Несносная. Невозможная.
Оливер поднялся со ступеней и вошёл в дом, заперев за собой дверь. Становилось действительно холоднее. Видимо выходные будут дождливыми.
Мужчина остановился у заснувшей Энн и посмотрел на неё сверху вниз, как смотрел, когда она сидит в приёмной, у порога его кабинета.
Какой необузданной и сильной она представляется там, и какой хрупкой является сейчас.
Оливер опустился на колено и снял лодочки с ног Энн, затем он развернул её тело, удобнее устраивая на диване. Не будет же он в самом деле нести её в комнату! Однако, он всё же принёс подушку и плед, аккуратно устраивая женщину.
Энн дремала. От неё шёл лёгкий аромат алкоголя смешанного с цветочными духами.
- Надо запомнить, что вы совершенно не умеете пить, мисс Абернети,- прошептал Оливер, убрав каштановую прядку с её лица.
Поднявшись с места, он покинул гостиную, отключив за собой тусклый верхний свет.
Слепая добродетель
Пробуждение Энн не было лёгким. Голова слабо пульсировала уходящей болью, а нутро мучила жажда. Помимо общего недомогания, женщине было неудобно лежать. Очень непривычно, ведь её кровать мягче и...
С резким вздохом Энн подскочила и осмотрелась. Этого не могло быть! Это всё неправда! Неужели она действительно уснула в доме Кана? А хотела ведь переждать головокружение и вызвать такси. Какой позор!
Энн смяла пальцами мягкий плед и поглядела на помятую подушку. Он что... Ухаживал за ней?
Энн шокировано прикрыла рот, но вскоре опомнилась, выйдя из оцепенения.
Нужно было скорее приводить себя мало-мальски в порядок и бежать отсюда. Да, она слишком задержалась здесь.
Наверняка это происшествие станет новым поводом со стороны Кана посмеяться над ней.
Энн поднялась с дивана, надевая обувь. Затем сложила плед и взбила подушку.
Как ни старайся сделать вид, что тебя тут не было, ты тут была. Бессовестно уснула на диване в доме человека, к которому испытываешь стойкую неприязнь.
Стойкую ли?
К чему вопрос? Конечно да.
Энн замешкалась, приглаживая растрёпанные волосы и включая телефон. Нужно было скорее вызвать такси. Увы, в приложении водитель обещал подъехать нескоро.
Одна из боковых дверей с тихим скрипом отворилась и в гостиной появился хозяин дома, в домашней одежде. От лоска минувшего вечера на нём не осталось и следа.
Кан остановился возле окна и сложил перед собой руки.
Энн слегка затрясло от сюра всей сложившейся ситуации.
«Мало того, что незвано проникла в его дом, так ещё настолько бессовестно воспользовалась его гостеприимством,- подумала Энн,- Настоящее чудо, что он тебя среди ночи не выставил за ворота».
- Мистер Кан, мне так жаль, что я стеснила вас,- потупившись, произнесла Энн, от волнения сглатывая половину слов,- Очень неловко получилось. Я не хотела вас тревожить этим недоразумением.
- Да хватит,- оборвал её мужчина,- Всякое бывает, так что не будем об этом.
Кан хмурился, но к Энн был терпелив настолько, насколько мог. И создавалось ощущение, что у него этого терпения навалом.
- Вам хорошо спалось, мисс Абернети,- мягко поинтересовался он.