Энн стыдливо опустила голову и пожала плечами.
- Я сама не поняла, сер.
- Не стоит вам увлекаться алкоголем,- заметил он, блеснув серо-голубым взглядом,- Обыкновенное шампанское действует на вас очень опасно.
- В любом случае я благодарна вам за приют,- попыталась улыбнуться Энн,- Скоро меня заберёт машина, так что, я пойду.
- Вы не хотите позавтракать,- неожиданно предложил мужчина.
- Я...,- Энн замялась. Действительно она хотела есть, а такси подъедет не так скоро, как она бы того хотела. К тому же дорога по городу займёт время, а есть хотелось сейчас,- Это будет злоупотребление вашим гостеприимством, сер.
- Не больше, чем есть сейчас,- заверил он её, направившись на кухню,- Идёмте.
Энн последовала за мужчиной, оказавшись в небольшой кухоньке, отделанной металлом и кафелем тёплых оттенков. Непривычное место и непривычная ситуация. Энн прежде не представляла себе своего руководителя в таком обыкновенном на первый взгляд месте.
Она забралась на табурет, пока Оливер доставал из холодильника молоко и апельсиновый сок. Сок в прозрачном стакане он передал ей, а за молоко принялся сам.
На столе оказались фрукты, сыр и хрустящий хлеб.
Энн с наслаждением принялась за еду, а Оливер отошёл в сторону, наблюдая в окно, как занимается рассвет. Было ещё рано. Солнце только-только поднималось над горизонтом, отбрасывая косые лучи во все стороны.
Энн помыла за собой стакан и вытерла руки. Ей было жутко неудобно от всего, что происходило: от вежливой услужливости Кана, его кроткого молчания и спокойствия, от собственной нерасторопности, но вместе с тем она принимала произошедшее как данность. Значит нужно уметь прислушиваться к себе и не идти на поводу у сиюминутных эмоций, каким бы сильными они ни были.
- Спасибо за завтрак сер,- тихо произнесла она,- Пожалуй, я пойду.
Оливер повернулся к гостье.
- До понедельника, мисс Абернети,- произнёс он и вдруг добавил,- Вам очень к лицу быть в платье.
Энн слегка зарделась. Вчера она не ответила на его комплимент, будучи преисполненная гордой предубеждённости, а сегодня, настолько задержавшись под крышей дома этого мужчины, проигнорировать его слова было бы недопустимой грубостью.
- Спасибо сер,- ответила она,- Хороших вам выходных.
Энн покинула кухню, и с каждым шагом она шла всё быстрее к выходу из этого странного, но всё же красивого дома. Прихватив пальто, она пулей слетела по ступенек, но когда спешила по дорожке в сторону громадных ворот, всё же успела ещё раз полюбоваться розовыми кустами, в этот раз под утренним светом.
До чего же красиво!
Закрыв за собой дверь, Энн прижалась спинной к холодному металлу. Такси подкатило к тупику и следовало спешить к машине, но несколько странно-долгих секунд женщина простояла замерши у ворот дома Оливера Кана.
***
Понедельник был сумбурнее, легче, и сложнее одновременно.
Сумбурным начало недели было потому что из-за ухода мистера Глемертона сотрудники «Вернон Меридиан» во всю гадали, кого назначат на его место. Время люди проводили в досужих разговорах в углах бесконечных коридоров и за приоткрытыми дверьми своих кабинетов. Компания жужжала в ожидании столь интересного назначения, ведь от этого зависел будущий курс компании, её движение на строительном рынке.
Легче понедельник стал, потому что сотрудники отдела Кана, разнеженные после выходных, словно позабыли о тирании руководителя. Для них новый рабочий день стал лёгким и приятным, несмотря на стиснутые зубы и жёсткую походку руководителя. В этот раз Кан не стал устраивать разнос в их кабинете, а значит на сутки можно было выдохнуть и спокойно заниматься работой, поддерживая интересную тему с назначением.
Сложнее понедельник был для самого Оливера. На него давило столько вещей, помимо очевидного. Фил продолжал настаивать, что именно Оливер должен занять место Глемертона. С чего вдруг? Потому что год назад он смог из рук великого и ужасного Джексона Форбса урвать шикарный тендер для компании. Как такое случилось, Оливер конечно никому не рассказал. То, что торги были договорными - никому знать не стоило. И как бы Оливер собой не гордился, на стороне Марка опыт и связи. Это невыносимо злило мужчину и выводило из себя.