Как там говорил Оливер? Слухи в компании каждый день новые? Преимущество большого штата с текучкой кадров.
Энн откинулась на спинку кресла, подъехала к подоконнику и подняв руку, склонила одну из роз к себе, погружая носик в прохладную сердцевину бархатистых лепестков. Свежий цветочный аромат остудил разгорячившийся разум и напомнил о тонко разлитом в воздухе запахе роз в саду Оливера, когда она прошлым вечером шла к нему домой на свидание.
Взгляд чёрных глаз переменился с победоносного на хищный. Анжела пришла в приёмную, чтобы пристыдить и унизить Энн, а сейчас наблюдала, как та не скрывает наслаждения от подарка Оливера Кана.
- Так это правда,- потрясённо бросила брюнетка.- Или ты покупаешь эти мерзкие цветы сама специально, чтобы оставаться интересной темой в коллективе? Хочешь привлечь внимание этой откровенно ложью?
Энн искоса посмотрела на перекошенное лицо тендерщицы.
- Откровенная ложь, мерзкие цветы, интересная тема,- протянула Энн,- Тебе не кажется, что у тебя бардак в голове? Ты совсем оторвалась от реальности, пребывая в каком-то параллельном мире. Анжела,- смело обернулась к ней Энн,- Ты была в доме Оливера и видела пышный куст этих прекрасных роз. Моей зарплаты недостаточно, чтобы безответственно тратить её на цветы самой себе, чтобы кому-то там что-то доказать и показать. Серьёзно,- усмехнулась она,- Я лучше еды себе куплю или ещё что из одежды. Понимаю насколько ты удивлена, и отвечая на твой первый вопрос,- Энн закинула ногу на ногу и натянуто улыбнулась брюнетке. Всё же оставаться с ней дружелюбной было крайне тяжело,- Да, это правда. Я провела с Оливером всего одну ночь, а она подарил мне уже третий букет роз. Скажи, а как часто он дарил цветы тебе до и после того, как нагибал прямо в своём кабинете?
Анжела стояла чуть живая уничтожая Энн взглядом. Если бы не слой консилера на щеках, она была бы бледнее стен приёмной.
- Он хотя бы раз приглашал тебя в свою постель дома или ты была игрушкой для утех посреди рабочего дня? Чисто так, снять напряжение после переговоров с поставщиками.
Энн игралась с огнём. Она понятия не имела насколько близки были отношения Анжелы и Оливера, как долго они длились и что было в тех отношениях. Может он действительно приносил ей розы из сада, может покупал дорогие подарки и проводил выходные в одной постели с ней. От этих мыслей становилось горько и тошно. Сама мысль, что Энн отдалась ему за цветы, а Анжела получала взамен золото и драгоценные камни была противна. Нет, эта близость у Энн случилась точно не из-за цветов, насколько бы красивым ни был пурпурный букет. Она его хотела, хотела Оливера Кана. Может меньше, чем он её, но хотела. Всё было по доброй воле и никакого бартера.
Анжела продолжала униженно молчать и Энн вдруг поняла, что попала в яблочко своими догадками. От этого стало легче, но ревность продолжала гореть в венах.
Брюнетка не собиралась просто так сдаваться. Выпрямившись в полный рост, она отряхнула руки, будто после стола Энн они оказались грязными, и с вызовом посмотрела на женщину.
- Ну и каково это, быть второй,- ядовито прошипела она,- Подбирать то, что бросила я за ненадобностью? Быть с этим неуравновешенным неудачником заведующим всего-то каким-то жалким отделом закупок и не стремящимся к более высокой должности и статусу? Ты ничтожество, Энн,- Анжела выплюнула её имя, словно червяка из надкушенного фрукта,- А Оливер точно такое же ничтожество, помноженное на тысячу. Удачи тебе не тронуться головой с этим идиотом, потому что знаешь, это он хотел выжить тебя с этой компании. Может сейчас, наигравшись с тобой, он наконец вышвырнет тебя вон. Хотя, я позабочусь о том, чтобы вас обоих выгнали, горе-любовнички. Такие, как вы, нам с Марком тут не нужны.
Энн задела ядовитая речь Анжелы, но в тоже время женщина ощутила некоторое облегчение. Она вовсе не была так увлечена Оливером, как могло бы показаться. Как порой казалось в некоторых страхах Энн. Когда-то проводившие вместе время, сейчас Оливер и Анжела одинаково друг друга ненавидели, и если у Оливера была веская для этого причина, заключавшаяся в предательстве женщины, то у тендерщицы были исключительно меркантильные цели бросить этого мужчину.
«Ну и пусть валит к чёрту»,- прогремел внутренний голос тоном сильно похожим на голос Оливера.