— Арс…
Дверь открывается тихо, почти неслышно. Приподнимаюсь на локтях и вижу силуэт Маши.
— Арс? — ее голос дрожит.
— Что случилось? — хриплым голосом спрашиваю я.
— Арс, прости, но мне страшно, — она подходит и садится на край кровати, от чего матрас прогибается под ее весом. — Там внизу кто-то есть…
Ее слова заставляют меня нахмуриться и сесть в кровати. Сна и так не было, а тут он и вовсе машет мне рукой «пока-пока».
— Почему ты так думаешь? — спрашиваю, вглядываясь в ее лицо.
— Там шорохи, скрипы… — она нервно теребит пояс теплого халата, из-под которого выглядывает кружевная сорочка красного цвета. И черт, какая же она соблазнительная. Так хочется прижать ее к себе, поцеловать и никуда от себя не отпускать. — Мне страшно…
Только сейчас замечаю, что в руках она держит скалку. Крепко сжимает, словно это самое надежное оружие в мире. Откуда у нее в комнате скалка?
— Пойдем посмотрим, — решительно говорю я, откидывая одеяло.
Встаю с кровати, и Маша опускает голову, ее щеки заливает румянец. Только сейчас осознаю, что на мне лишь боксеры. Она украдкой бросает взгляд на мой торс и тут же отворачивается, еще сильнее краснея. Быстро натягиваю футболку, лежащую рядом. Хотя в другой ситуации я бы, наверное, не торопился.
— Не бойся, — шепчу, беря телефон с тумбочки и включая фонарик. — Сейчас мы все выясним.
Мы медленно спускаемся по лестнице. Каждая ступенька скрипит под нашим весом.
На первом этаже действительно слышны странные звуки. Что-то шуршит, скребется. Направляю свет в сторону гостиной, медленно сканируя пространство.
— Там, — шепчет Маша, указывая на приоткрытую дверь кладовки. Ее пальцы цепляются за край моей футболки, и от этого простого прикосновения по телу разливается тепло.
Осторожно подхожу, резко распахиваю дверь и направляю свет внутрь. Маша вскрикивает, выставляя скалку вперед, но тут же замолкает и замирает.
В углу, в старой корзине для белья, копошатся три крошечных котенка: рыжий, черный и белый. Они жалобно мяукают, глядя на нас круглыми испуганными глазами.
— Котята? — недоуменно произносит Маша, опуская скалку. Напряжение покидает ее плечи, и она облегченно выдыхает. — Но как они сюда попали?
Я осматриваю кладовку. Окно закрыто, других входов нет. Луч от телефона скользит по стенам, выхватывая из темноты банки с вареньем, старые книги, какие-то коробки, поленья.
— Понятия не имею, — отвечаю, присаживаясь на корточки перед корзиной. — Может, через подвал как-то пробрались? Тут есть подвал?
Маша качает головой, осторожно опускаясь рядом со мной. Ее лицо смягчается, страх сменяется умилением. Наши плечи соприкасаются, и я чувствую, как она постепенно расслабляется.
— Нет, только фундамент, — она нежно касается пальцами черного котенка. — Бедняжки, наверное, искали сухое место, замерзли…
Смотрю на нее, и сердце сжимается от нежности. Даже сейчас, посреди ночи, растрепанная и испуганная, она думает о других. Эта забота о крошечных беззащитных созданиях делает ее еще прекраснее в моих глазах.
— Они такие маленькие и голодные, наверное…
Наши взгляды встречаются. Что-то неуловимое проскакивает между нами — понимание, доверие, может быть, что-то большее…
— Так давай их покормим, — улыбаюсь, осторожно касаясь ее руки.
Маша улыбается в ответ, и эта улыбка стоит всех ночных тревог.
Совсем скоро мы уже наливаем молоко в блюдце, устраиваем уютную лежанку для малышей. Маша приносит коробку, я мягкое полотенце. Котята жадно лакают молоко, а мы сидим на полу, наблюдая за ними.
— Обожаю котиков, — признается Маша, прислонившись к моему плечу. От нее пахнет чем-то сладким — то ли шампунь, то ли крем. Приятно и вкусно. — Мама кошатница, да и я тоже. Собак не было никогда, а вот коты… всегда.
— Говорят, котята приносят в дом счастье, — осторожно обнимаю ее за плечи, боясь спугнуть этот момент близости.
Ее глаза блестят. А улыбка такая открытая, такая искренняя, что сердце сжимается от милоты.
— Тогда нам очень повезло, — шепчет она. — Целых три счастья.
Белый котенок, напившись молока, неуклюже карабкается к нам. Его лапки скользят по полу, но он упрямо движется вперед. Маша берет его на руки, и он тут же начинает мурлыкать, прикрыв глаза от удовольствия.
— Смотри, ты ему нравишься, — говорю с теплотой в голосе.
Маша кивает, не отрывая взгляда от малыша.
— Останемся здесь? — спрашивает она, прижимая котенка к груди. — Можем постелить на диване и присмотреть за ними до утра.