– Боже, – выдохнул я. – Может, подумаем, кто может нас подвезти?
– Лив, – предложила Эли. – У нее есть машина, и она тебя уже подвозила.
Я вскинул бровь и удивленно посмотрел на нее. Она шутит? Но Эли пожала плечами и посмотрела на меня, словно не сказала ничего удивительного. Оливия не может нас подвезти, она знает мою тайну. Если она проболтается? Черт, я попал. Нужно было потратить больше времени на то, чтобы разобраться в себе. Может, я даже не гей. Вдруг би? Просто девушки попадались не те. Черт-черт-черт.
– Это хорошая идея, – продолжала настаивать Эли. – Не люблю автобусы. Мои родители не смогут, а родители Бена странные.
– Они не странные, – встал на их защиту я.
– Мне было одиннадцать, когда его мама дала мне презерватив, потому что боялась, что я забеременею. Хотя, мой организм тогда даже не был способен на это.
– Или, когда его отец медитировал в одних трусах прямо на кухонном столе, потому что так он способен заглянуть в рай и обрести вечное блаженство, – вспомнил Майкл.
– А еще его мать предложила мне стать суррогатной матерью, потому что, по ее мнению, это прекрасная работа, – продолжала Эли. – Мне было пятнадцать.
– А когда они надели пижамы и пришли на нашу ночевку? Хотя, мы были у меня дома. А они пришли туда. Пешком. В пижамах. Три километра.
– Иногда мне кажется, что его родители продают наркотики, – заключила Эли.
– Иногда мне кажется, что они их принимают.
– Ладно, я понял, – сдаваясь, сказал я. – Просим Лив.
Глава 5
Лив
А) Ник доверил мне свой секрет.
Б) Ник попросил меня подвезти его и его друзей завтра до школы.
Он стал лучше ко мне относиться? Или что это значит? Он видит во мне… друга? Или, наоборот, парень не берет меня во внимание? И связано ли А с Б? Если да, то Ник мне доверяет. Если нет, то…
Я запуталась.
В прошлый раз наша поездка с Ником до школы не задалась. Сейчас с нами будут его друзья и я надеюсь, что они украсят этот путь. Или они встанут на сторону Ника и дружно будут игнорировать меня.
– Сначала заедем за Эли, – сказал Ник с переднего сиденья. – Хоть дом Бена и ближе. Поверь, лучше сначала заехать за Эл.
– Бен – это парень, который…
Тебе нравится. Хотела спросить, но Ник перебил меня резким «нет», и я замолчала, выезжая на дорогу. Мы остановились около одноэтажного дома, на крыльце которого уже стояла милая девушка. Она поправляла высокий хвост на голове так, чтобы он казался небрежным. Эли справилась идеально. Закончив, она села сзади водительского сиденья.
– Здравствуйте, – сказала Эл, пристегиваясь.
– Привет, – одновременно ответили мы с Ником и переглянулись.
Мы поехали за Беном, которого пришлось ждать три минуты. Когда он вышел из дома в свободных джинсах и объемной толстовке, я сразу поняла, что ошиблась, назвав его геем. Но если честно, я бы и про Ника так не подумала. Как удивительно, что в фильмах и книгах людей с нетрадиционной ориентацией изображают очень стереотипно: он разбирается в моде, чувствительный, веселый, но в жизни всё не так. Конечно, сейчас киноиндустрия старается показать действительность, но всё же не все люди избавились от стереотипов.
Ориентация – это не выбор человека, не отклонение природы. Это так же естественно, как то, что мы рождаемся с двумя руками и ногами. Этому нет объяснения, это просто есть. Люди с нетрадиционной ориентацией – обычные люди, которые часто подвергаются критике во многих странах, которые живут в страхе, что их не примут, что не поймут, что их ориентация будет для некоторых поводом думать, что они их знают. Словно ориентация определяет человека. Нет, это не так. Человека определяют его поступки. Хорошие они или плохие. Именно на основе этого мы должны делать вывод о человеке, на основе его поступков, а не его сексуальных интересах.
– Всем привет, простите, что опоздал, – поздоровался Бен, и мы поехали.
– Извините, но я вас где-то видела, – сказала Эли, стараясь рассмотреть меня в зеркале. – Да, точно, вы работаете в кофейне мистера Питерса.
– Да, это я.
– Я не часто туда захожу, но обожаю их выпечку.
– Спасибо.
– Лив одна из тех, кто готовит ее, – осведомил Ник Эли.
– Серьезно? Это потрясающе. Дома вы тоже готовите? – я кивнула на ее вопрос. – Черт, Ник, ты не говорил, что питаешься дома пищей Богов.
– В эти выходные я хотела испечь пирог, но могу приготовить еще что-нибудь. Хочешь, приходи, – предложила я.
– Я с радостью, да, конечно, спасибо.
– Я тоже приду, – сказал Бен с заднего сиденья. – Я ведь тоже вас где-то видел. Ах да, вспомнил, вы были в моих снах.
– Надеюсь, это был кошмар, – ответила я, понимая, почему за ним мы заехали в последнюю очередь. Бен совершенно не знает границы. Флиртовать со взрослым и занятым человеком – табу.