Браунинг тоже встал. Он и Фишер смерили нахалку яростными взглядами и вышли, ни слова не говоря.
***
— Мистер Фишер, я слышал, вы остались без работы.
— Что вам нужно от меня, мистер Сайто? — пронзительно взглянул на собеседника Роберт.
Японец очень просил его прийти к нему в офис сегодня к двум часам. Приглашение заинтриговало, и Фишер пришёл сюда удовлетворить своё любопытство, так как никак не мог понять, что от него нужно Сайто.
— Я предлагаю вам работу в своей компании.
— С чего вдруг?
— Вы прекрасный финансист, у вас опыт работы. Я считаю, что со стороны мисс Уайлд было глупостью разбрасываться такими кадрами.
— Если вы думаете, что я вам сдам все секреты своей компании, — раздражённо было начал Фишер, но Сайто его перебил.
— Вашей компании? — выгнул он бровь. — Давайте начистоту, Роберт. Фишер-Морроу никогда не являлась вашей компанией. Сначала это была компания вашего отца, а теперь эта компания какой-то выскочки, сумевшей обвести всех вокруг пальца так, что мы бессильны что-либо сделать. Думаете, меня устраивает такое положение вещей? И несмотря на недоразумения между нами в прошлом, мистер Фишер, думаю, нам следует объединиться в борьбе с общим врагом.
— Шерон не является моим врагом.
— Шерон? Вы один зовёте её так, в то время как весь мир знает её как Чарли Уайлд. Цепляетесь за прошлое? Прошлого не вернуть. Почему вы до сих пор её защищаете? Она лишила вас абсолютно всего, включая отцовское уважение.
— Не вам говорить о моём отце, — сверкнули сталью глаза Роберта.
Он непроизвольно выпрямился и бросил на Сайто неприязненный взгляд.
— Простите, мистер Фишер, — миролюбиво улыбнулся тот. — Но моё предложение остаётся в силе. Мне не нужны секреты Фишер-Морроу. Я чувствую вину за то, что с вами произошло. А поскольку я оказался замешан во всём этом, то… это самое малое, что я могу сделать для вас. Подумайте. На сегодня это самое выгодное предложение из тех, что вы можете получить…
***
— Роберт…
У Фишера перехватило дыхание. Он никогда бы не подумал, что радостная улыбка управляющего домом настолько выбьет его из колеи. Мужчина с какой-то отеческой грустью разглядывал его.
— Здравствуйте, Майкл, — не менее грустно улыбнулся в ответ бывший владелец поместья. — Могу я увидеть… хозяйку? — он немного запнулся на последнем слове.
— Да, она ждала вас и просила сразу проводить в кабинет, — в речи управляющего послышались неодобрительные нотки.
Они прошли по коридору.
— Мы все сожалеем, Роберт. Сложно представить этот дом без вас.
Фишер ничего не ответил и с тяжёлым сердцем открыл двери кабинета. Чарли Уайлд сидела за столом, просматривая какие-то бумаги. И снова он почувствовал, как гнев охватывает его: она посмела занять кабинет и кресло отца в компании и в этом доме тоже — в том самом доме, где прошло всё детство Роберта. Несправедливость отцовского решения заполонила душу горечью и обидой.
Уайлд подняла голову, услышав, как открылись двери.
— Добрый день, мистер Фишер, — голос её был чересчур официален, — присаживайтесь… Майкл, я просмотрела все счета, а также все ваши предложения. Можете взять документы, лишнее я вычеркнула.
— Да, мисс, — коротко кивнул управляющий, бросил на Роберта быстрый взгляд и быстро покинул кабинет.
В помещении повисла тяжёлая пауза. Роберт и Чарли только смотрели друг на друга и никто не хотел начинать разговор первым. Это была их первая встреча тет-а-тет за эти полгода.
— Освоилась уже? — вырвалось у Фишера.
— Как видишь, — беззаботно улыбнулась она, закидывая руки за голову и откидываясь на спинку кресла, — всегда мечтала о таком шикарном доме.
Он лишь зубами заскрипел, но справился с собой и холодно произнёс:
— Я могу забрать дорогие мне вещи?
— Да, — согласно кивнула она. — Не более одного грузовика.
— Даже если я захочу забрать сейф?
— Можешь забрать и сейф, — фыркнула она. — Стену, из которой ты его выдерешь я потом отремонтирую. Только зачем он тебе пустой? Денег, которые можно в нём хранить, у тебя долго не предвидится.
— Обойдусь небольшой сумкой, — процедил в ответ Фишер.
— В любом случае, можешь забрать, что угодно, но не более одного грузовика.
— Это мой дом!
— Был.
— Что с тобой случилось, Шер? Ты ведь не была такой.
Роберт с отчаянием вглядывался в неё — он до сих пор не мог поверить, что она ему врала всё время.
— Дай-ка подумать? — издевательски протянула она и притворно задумалась. — Может быть, кто-то выставил меня улицу, так и не пожелав выслушать?
— И за это ты решила сломать мне жизнь?
— Ну ты же мою сломал, даже не задумавшись, — парировала она, внезапно посерьёзнев. — Ты как ребенок, Роберт. Большой избалованный мальчишка. Который играет людьми словно игрушками. Который не знает, каково это — жить в нищете и не иметь денег на кусок хлеба. Ты всегда жил в роскоши, ты всегда был на вершине мира. А ты знаешь, как твой отец создал эту компанию и заработал всё то, что у тебя было буквально неделю назад? А ты знаешь, с каких низов пришлось подниматься ему? Что ты вообще знаешь о своём отце? Он создал Фишер-морроу с нуля. Он работал как проклятый всю свою жизнь, чтобы только обеспечить тебя. А ты взял и за один год едва не угробил дело всей его жизни. Легко досталось? Я ненавижу вас — избалованных богатеев, думающих, что весь мир должен поклоняться им только потому, что вам посчастливилось родиться в хорошей семье. Вы не бывали в самом низу, вы не знаете, что такое настоящая жизнь. Вы с жиру беситесь, не зная, что ещё придумать, чтобы занять себя. «Ах, что же хотел от меня отец?» — передразнила Чарли его. — Ну уж явно не того, чтобы ты так наплевательски отнёсся к тому, над чем он корпел всю свою жизнь!
— Долго репетировала речь? — хмыкнул Роберт.
Она моментально умолкла.
— Я ведь просил тебя о помощи.
— А я просила тебя довериться мне.
— Я доверился тебе, и что вышло? Ты обманула меня!
— Где было твоё грёбаное доверие в тот момент, когда ты выставил меня на улицу, не пожелав выслушать?
— А что слушать-то? Очередную ложь?
— Если бы ты послушал меня и сохранил компанию, то сейчас бы не оказался на улице без средств к существованию.
— За что ты мне мстишь? За то, что я тебя выгнал? А как прикажешь мне реагировать на то, что ты всё время мне лгала?
— Я пахала на эту компанию пять лет без продыха. Я была готова сорваться с места и помчаться выполнять очередное задание твоего отца в любое время дня и ночи за эти пять лет. Я делала такую работу, которую вы, чистые и безгрешные, не стали бы никогда делать, чтобы не замарать свою безупречную репутацию. Вам же ни к чему проблемы с законом, не так ли? А я всего лишь пешка, которой в случае чего можно пожертвовать без зазрения совести. Ах, я посмела лгать наследному принцу Фишер-Морроу! Казнить, нельзя помиловать!
Она рассмеялась и через некоторое время невозмутимо продолжала.
— Ты взгляни на себя со стороны, Роберт. Подумай, как следует о том, что произошло. И почему это всё произошло. И может быть, тогда твои упрёки обратятся к единственному человеку, который их заслуживает — к тебе самому.
— Я не задержусь тут надолго, — встал Фишер, крепко сжав руки в кулаки. — Только заберу то, что мне понадобится.
— Это не забудь, — равнодушно произнесла Уайлд, положив на стол книгу и толкнув её в сторону собеседника.
Роберт взглянул на название и замер.
— Откуда ты… — он взял себя в руки и как можно небрежнее произнёс, — зачем она мне?