– Одна из дам – сестра заключенного.
– Тогда пусть она зайдет позже, – ответил сержант. – Мы не можем пропустить их всех сразу, капитан. – Он встал.
– Если только дамы не найдут способ уговорить нас, – сказал капрал, вытягивая затянутую в перчатку руку. – Знаете, сэр, этих Дональдов содержат в нижних камерах только потому, что у них нет денег, чтобы заплатить за более удобные помещения. Они могли бы расположиться наверху, где хорошо кормят и на кроватях есть белье. Там даже можно позвать слугу, отправить письмо или почитать книгу. Но бедность горцев всем известна. Нам пришлось посадить этих трех мошенников в одну камеру, и теперь мы здесь сторожим их. – Капрал недвусмысленно потер пальцами один о другой, потом откашлялся и отошел назад.
– Понимаю, – произнес Алек и обернулся. – Леди? Роб, наряженный в длинный зеленый плащ с капюшоном и голубое кружевное платье, вышел вперед. Он прижал к лицу платок и громко всхлипнул. За ним последовали Коннор и Джек – все в шуршащих пышных юбках. Первые двое прижимали к лицу платки, а Джек прикрывал лицо пестрым шелковым веером. Проходя мимо, он зарыдал, и Алек потрепал его по плечу.
– Ну же, мадам. Проходите, пожалуйста. Сержант отопрет вам дверь. – Когда так называемые леди ушли, Алек повернулся к Кейт. – Мисс… Камерон, вы ведь сестра одного из заключенных, не так ли? Может быть, вы подождете здесь и составите компанию этому джентльмену, пока остальные леди не закончат свой визит? А потом вы сможете немного побыть с братом.
– Спасибо, – пробормотала девушка. Она откинула с головы капюшон, так что ее волосы, которые она распустила еще в паланкине, засверкали всеми оттенками золота в свете лампы. Капрал оцепенел и уставился на Кейт.
– Здравствуйте, мисс Камерон, – запинаясь, произнес он.
Кейт царственно склонила голову.
– А теперь мне пора, – сказал, кланяясь, Алек. – Был рад познакомиться с вами, мисс. – Повернувшись, он ушел, и звук его шагов эхом пронесся под сводами коридора.
Кейт улыбалась капралу, не сводившему с нее глаз. Лицо солдата медленно заливала краска смущения. Кейт знала свою задачу. Ей предстояло отвлечь внимание часовых, пока горцы будут ходить взад и вперед. Джек, Роб и Коннор припрятали под одеждой по еще одному комплекту плащей и юбок. Эти комплекты они должны были передать Иену, Эндрю и Дональду.
Вскоре вернулся сержант, и Кейт перевела взгляд на него. Солдат заморгал, улыбнулся и радушно предложил девушке стул. Но Кейт не стала садиться. Она принялась расспрашивать часовых об их здоровье, семьях, о них самих.
Оба часовых были не прочь поболтать. Молодым людям наскучило сидеть в подземелье, сторожа заключенных. Кейт проявляла неподдельный интерес ко всему, что они рассказывали, и очаровательно смеялась в ответ на их шутки.
Все это время солдаты не сводили с нее восхищенных взглядов, а капрал и вовсе сидел с открытым ртом. Кейт знала, что оба мужчины поддались ее очарованию и с каждым словом, с каждым взглядом девушки все сильнее запутывались в сплетенной ею паутине.
– Мисс, – обратился к ней капрал, – вы вся светитесь, словно вокруг вас возник золотой ореол. Вы знаете об этом? Очень красиво!
Его товарищ с готовностью закивал.
– Да, как новая лампа. Нам такие необходимы, – сказал он.
Кейт была словно на горячих углях, но она нашла в себе силы поблагодарить солдат за комплимент. Коснувшись пальцами кристалла на шее, она ощутила уверенность, какой никогда доселе не испытывала.
Внезапно девушка почувствовала, что может управлять своими способностями. Улыбка, слово, прикосновение к кристаллу, казалось, теперь не имели такой силы, как та, что исходила изнутри. И дело было вовсе не в мужестве. Кейт поняла, что ее новая магия каким-то образом связана с верой в то, что она любима, с тем, что любовь живет в ней, как жидкость в сосуде или свет в лампе.
Раньше с Кейт не происходило ничего подобного, и теперь она знала наверняка, что те из Маккарранов, в чьих жилах течет кровь древних фей, могут носить в себе любовь и дарить ее остальным. Вне себя от восторга, Кейт приложила руку к груди, ощущая чудесную силу любви. В ее сознании зародилось убеждение, что волшебным даром нельзя пользоваться единолично, его нужно дарить людям.
Лицо девушки озарилось широкой улыбкой, и стоявшие перед ней солдаты окончательно потеряли головы.
За спиной Кейт из камеры вышла сначала одна, а потом вторая леди. Вскоре они снова вернулись. Обе рыдали и всхлипывали. Затем две леди поспешили вниз по коридору, убитые горем, а одна из них возвратилась назад, очевидно, для того, чтобы в последний раз обнять и поцеловать мужа. Так они и ходили по коридору, пока Кейт улыбалась часовым, а те заворожено смотрели на нее. Ни одному из них не пришло в голову сосчитать закутанных в плащи женщин, снующих по коридору.