— Продолжаем, — распорядился капитан, и батискаф снова начал опускаться. Я всё ждала, что боль в ушах вернётся, но мы достигли уровня дна, а самочувствие не ухудшилось.
Здесь рельеф значительно отличался, и я бросилась снимать показания с приборов, чтобы не упустить ничего важного. А когда вернулась к креслам пилотов батискафа, снова увидела работу робота-манипулятора, хотя света прожектора не хватало, чтобы рассмотреть детально, что же механическая рука собирает с морского дна. Временами казалось, что это осколки чего-то, а иногда, что мы собираем комья мусора. Очень надеюсь, что найдётся что-то стоящее.
Один раз сердце замерло, когда рядом со смотровым окном батискафа проплыла большая рыбина. И то ли внешний вид её был по-настоящему устрашающим, то ли сработал эффект неожиданности, но я чуть не подпрыгнула и неосознанно вцепилась в руку Хикса, стоявшего рядом. Он не растерялся и накрыл мою ладонь своею. Мелочь, а приятно...
Пара часов ушла на то, чтобы собрать непонятные предметы со дна, а потом батискаф начал подниматься к поверхности. Нас снова усадили в кресла, и теперь каждые пятьдесят метров глубоководный аппарат замирал на месте, чтобы давление выровнялось. Это было необходимо и для систем жизнеобеспечения и для сохранения здоровья экипажа.
Кажется, прошла целая вечность, пока мы добрались до базы. Занырнув в шлюз, батискаф всплыл во внутреннем доке корабля. Это всё больше походило на съёмки фантастического кино, зрителем которого я могла бы быть, но нет, это — реальность.
Нас встретили медики и провели быстрый осмотр.
Даша тоже присутствовала, как член медицинской группы, и первым делом рванула ко мне. Осмотр сопровождался тихим шёпотом:
— Ну как? Что вы достали? Развалины Атлантиды видела? — шипела она, а громко: — Голова не кружится?
— Да ничего не видела, там темнота, хоть глаз выколи, — так же тихо бубнила я, стараясь не привлекать внимание. — Что-то достали, но я не смогла рассмотреть в мутной воде. Не кружится, — последние слова уже громко, так сказать, для протокола.
Когда медики закончили осмотр, нас с Эроллом и безопасниками выпроводили из отстойника, нагрузив напоследок переносной аппаратурой, относившейся к нашей лаборатории. Было обидно до слёз, ведь не сложно догадаться, что от нас пытаются скрыть, что же на самом деле было поднято с морского дна.
Хикс, поймав мой взгляд, едва заметно кивнул успокаивая. Они с Михором оставались у батискафа — видимо, на правах инициаторов этой экспедиции. Надеюсь, что смогу хотя бы от него узнать, ради чего рисковала жизнью в этом погружении.
Горнар тоже был среди встречающих, но вместе с нами безропотно удалился из блока с батискафом.
— Почему вы не настояли на необходимости своего присутствия? Вы же начальник научной группы, — сокрушался Эррол, пыхтя от натуги, пока мы следовали в сторону нашего рабочего места.
По пути никого не попадалось, будто вымерли... Хотя, скорее всего, время уже позднее, и часть персонала корабля на ночной смене, а остальные отдыхают, и больше всего мне сейчас хотелось влиться в их ряды. Я так устала, что даже посмотреть на коммуникатор было лень, донести бы наше добро и сразу в каюту, спать.
— Потому что ещё хочу пожить, Эррол. И тебе советую не совать нос, куда не следует, — строго ответил подчинённому Горнар. — Придёт время, и мы узнаем — что нам сочтут нужным сообщить, и что положено знать.
Захотелось усмехнуться, но я сдержалась. Главное, в погружение он нас отправил, а от возможности увидеть артефакты — уберёг. Странный он человек, конечно...
Глава 18
Виктория
Следующие пару дней я жила в размеренном режиме. По плану была только рутинная работа, моё начальство в отчётах пока не нуждалось, и я наслаждалась спокойствием.
Обеды с Дашей и вечерние разговоры с моими домашними так же настраивали на позитив, но был один пункт, который не давал покоя... Хикс. Всё это время он не появлялся и даже не писал. К вечеру второго дня я стала переживать и сама отправила ему сообщение, но едва коммуникатор пискнул, оповещая о доставке, как в мою дверь постучали.
Время было позднее, и я решила, что это либо Даша, либо Хикс. В глубине души я надеялась, что пришёл атлант, однако, за дверью ждали двое мужчин в форме безопасников.
— Здравствуйте, Виктория! Прошу прощения за поздний визит, но мы должны проводить вас на совещание по поводу недавнего погружения, — негромко сказал мне один, второй же продолжал молча смотреть на меня. Даже не поздоровался, и взгляд у него был странный... жуткий какой-то.
— Минуту, я переоденусь, — сказала я, закрыла дверь и постаралась как можно скорее стянуть футболку и пижамные штаны, в которые успела переодеться. Облачившись в комбинезон, вышла в коридор и последовала за одним из ожидавших меня мужчин, второй шёл следом, замыкая: как под конвоем, ей-богу...
Мы поднялись на верхнюю палубу, и я заметила, как пасмурно сегодня: небо уже потемнело, но звёзд до сих пор не было видно. Запоздало подумала, что открытая палуба — странное место для совещаний. Тут дует сильный ветер, и чтобы тебя услышали, нужно приложить немало усилий.
— Пришли, — сказал один из моих провожатых, и я оглянулась.
Куда пришли-то? Просто вышли на пустую площадку: кроме ещё одного незнакомого мне безопасника, тут не было никого и ничего в радиусе пятнадцати метров.
Вдруг мужчина, стоявший позади, схватил меня и закрыл рот ладонью. Я даже сообразить ничего не успела, как перед глазами, как в замедленной съёмке, развернулось целое представление: безопасники сделали пару шагов влево и подняли руки, воздух затрещал искрами, а перед глазами пошла рябь. В голове даже промелькнула мысль, что мне не хватает воздуха, оттого и галлюцинации, но рядом с нами проявилось огромное металлическое нечто... Сложная геометрическая форма сбивала с толку, и трудно было понять, что это. Я натурально обалдела, позабыв, что надо бы вывернуться и закричать, но где уж тут, если перед глазами из воздуха материализуются неопознанные объекты. Глаза выхватили на блестящей поверхности чуть углублённое аркообразное пятно, и в этот же миг пятно "отъехало" куда-то в сторону и вглубь, а в проёме появился человек.
Тот безопасник, что ждал нас на палубе, влепил такого знатного леща выглянувшему парню, что бедолага отлетел назад. Нападавший тут же запрыгнул внутрь металлической махины и начал добивать лежащего на полу мужчину. По спине прокатилась ледяная волна. Я вдруг отчётливо осознала, что стала невольной свидетельницей чего-то явно противозаконного... чего-то, связанного с атлантами. А свидетели, как известно, долго не живут. Мне стало страшно до ужаса и отчаянно жаль избиваемого парня, в голове ворочалось смутное подозрение, что я следующая...
Второй безопасник буквально перешагнул дерущихся и скрылся из виду, меня же приподняли над землёй и понесли вслед за ним. Коридор с металлическими полом, стенами и потолком закончился слишком быстро.
— Сюда её, — сказал один из безопасников, и меня бесцеремонно затолкнули в крохотное помещение.
Я не успела выставить руки перед собой и ударилась головой о стену, настолько велика была инерция и невелико расстояние. Осмотревшись, поняла, что нахожусь в причудливом туалете: в полу отверстие, скрывающееся небольшой выступом, мало места и мало воздуха. Всё металлическое и никаких окон или намёков на вентиляцию.
Паника накрыла с головой. Я заскулила от страха и безысходности. Попробовала толкнуть дверь, но она, вполне предсказуемо, оказалась заперта. Или подпёрта... Главное — мне не выбраться. Что же делать? Мысли метались в голове, как ужаленные, и я никак не могла сосредоточиться...
— Ждём вашего главного! И без глупостей. Заходи один, без оружия. На входе Ост проверит, и если найдёт — убьём заложницу, — услышала я из-за двери и замерла.