– Ах вот они где! – восклицаю я. – А я-то гадал, куда они подевались.
Суббота, 17 июля
Еду домой навестить маму. Двери, однако, мне открывает сестра.
– О, привет, Элен, ты тоже идешь с нами на ланч? – спрашиваю, заходя в дом.
– Да, мы решили прийти повидаться с тобой, – отвечает она.
– Мы?
– Да, мы с Тоби. Он приехал побыть со мной в выходные. Потом пойдем с ним на шоппинг, и он купит мне платье, которое я заприметила в городе. Правда, пока он об этом не знает, так что ничего ему не говори, понял?
Тоби появляется из гостиной и пожимает мне руку. Мы обмениваемся парой замечаний о работе, прежде чем мама призывает его обратно.
– Уверена, у меня астма. А может, это сенная лихорадка? Как отличить одно от другого? – спрашивает она, пару раз кашлянув, чтобы было понятнее.
– Он дерматолог, – встреваю я, – дай ему передышку.
В глубине души, однако, я даже рад, что появился кто-то, на кого можно переложить груз нашей фамильной ипохондрии.
Тоби держится молодцом, явно пытаясь произвести хорошее впечатление.
– О, все в порядке, – широко улыбается он маме, – я не против.
– В таком случае, – объявляю я, закатывая рукав и демонстрируя пятно на запястье, – погляди-ка, это контактный дерматит?
Пятница, 23 июля
Льюис на следующей неделе уходит в отпуск, и это его последний день на работе. Мы прощаемся в дежурке.
– Как только мы с Марком закончим ремонт в гостиной, закатим грандиозную вечеринку. Вы с Руби обязательно должны прийти, договорились? – спрашивает он.
Я киваю.
– Конечно, мы придем. Наверное, это будет первый раз, когда мы увидимся с доктором Палаши не с целью упросить его сделать снимок вне очереди.
Я гляжу на Льюиса со стетоскопом, свисающим с шеи, и понимаю, насколько все мы выросли профессионально с начала работы. Руби, Суприя и я обнимаем его на прощание и провожаем до дверей, где дожидается в машине доктор Палаши.
– Большое спасибо за помощь весь этот год, – говорю я ему.
– Отдохните как следует! – кричит им вслед Суприя, а Льюис машет нам рукой из окна.
Суббота, 24 июля
Доктора не то чтобы славятся своей грацией и элегантностью, особенно что касается танцев. Мы скорее забавные попрыгунчики, нежели короли танцпола. Однако существует разновидность этого искусства, в которой мы достигли совершенства, – редкий шедевр хореографии, мастерски исполняемый днями и ночами по всей стране, в каждой больнице: Доктор-Дэнс. Это совершено особое, требующее специальных декораций представление, которое обычно наблюдают только представители медицинских профессий. Оно полно изящества и страсти и рождается всегда в союзе с уборщиком. Я пока только осваиваю его изысканные и отточенные па.
Если хотите его увидеть, то больше всего шансов у вас поздно вечером в отделении скорой помощи, желательно в пятницу. Именно в это время уборщики принимаются за дело, а доктора находятся на последней стадии стресса. Результат заставил бы Нуреева кусать себе локти.
Осмотрев пациентов, врачи делают записи в картах, примостившись у стоек, которые как будто намеренно спроектированы так, чтобы писать сидя за ними было слишком высоко, а стоя – слишком низко. В идеале к ним подошли бы барные стулья, но таких в больнице нет. Вместо этого приходится стоять, переминаясь и постоянно меняя положение, чтобы не заработать грыжу позвоночного диска. И тут появляются уборщики. Все, кто может, покидают зону боевых действий, но в их число редко входят врачи, у которых продолжается прием пациентов и кто не собирается задерживаться из-за мытья полов. Уборщики тоже настроены решительно: полы надо вымыть, и они будут вымыты, вне зависимости от того, стоит на них кто-нибудь или нет. Для начала они трут вокруг ваших ботинок, а потом начинают подпихивать их шваброй. Дальше откровенно тыкают вам по ногам, и в результате вы исполняете тот самый Доктор-Дэнс, переступая с ноги на ногу, пока раздраженный уборщик протирает под ними. Все это происходит в полной тишине. По-настоящему дискотечного задора танец достигает, когда уборщик пытается просунуть швабру вам между ног, чтобы вымыть пол под стойкой, за которой вы устроились.
Как раз во время одного из таких представлений я познакомился с Саиди. Он уборщик, и он намочил мне ботинок вместе с носком. Очень грустно, что врачи и уборщики в больницах обычно не разговаривают. Но в этом случае, пока я пытался кое-как отжать воду с дезинфицирующим средством из носка, Саиди вдруг повернулся ко мне и сказал:
– Правда здорово работать здесь, доктор?
Я слегка удивился. Он отмывает грязь за другими людьми, а мне только что пациент угрожал ножом. Что тут хорошего? Он представился и сказал, что родом из Эфиопии.